— Модернизация принятых на вооружение образцов, с целью увеличения их боевых возможностей, наиболее оптимальный вариант, если оценивать по критерию «стоимость — эффективность». Красной армии в настоящий момент очень нужен новый станковый пулемет, «максим» давно устарел, и в силу тяжелого веса — четыре пуда — его маневренность и подвижность на поле боя серьезно ограничена. Этот пулемет хорош в обороне, в позиционной войне, но для наступательных боев малопригоден. Разработка нового образца дело долгое, к тому же налаживание производства, особенно в технологическом плане, дело затратное. Потому я и взял образец вашего ДП, и немного его модернизировали по моему указанию, исправив некоторые недостатки, но изначально преследуя цель создать именно станковый пулемет, который может быть и ручным. То есть, налицо реализация концепции «единого пулемета», образцом которого является германский MG-34.
Василий Алексеевич внимательно слушал маршала, не сводя с него глаз. Приезд в Ленинград потряс Дегтярева до глубины души — он хорошо знал бывшего начальника ГАУ, но то, что произошло с Куликом, было необыкновенно. Апоплексический удар обычно «искорежит» саму личность человека, но тут произошло совершенно невероятное чудо — болезнь оказала на маршала благотворное воздействие, совершенно изменив его разум. Можно было подумать, что перед ним сидит «двойник», но это невозможно — весь облик, тембр голоса, характерные шрамы и родимые пятна, все свидетельствовало о том, что это
— Ваш ДП оказался самым подходящим оружием, а потому два талантливых конструктора принесли мне изготовленный модуль для ленточного питания пулемета, пояснив, что переделка сильно скажется на самом пулемете и на его производстве. Потому модернизация оказалась незначительной — ведь практически она не затронула ни сам пулемет, ни его характеристики. А вот благодаря ей удалось возможным поставить модуль, гениальная конструкция. На этом их работа закончилась, и по вполне понятным причинам я не могу назвать ни их имена, и не в состоянии исправить уже совершенные события. Да и никто уже не сможет — надеюсь на понимание.
Дегтярев только кивнул — теперь догадался, почему о таких работах ничего не было слышно. Пошли аресты среди многих, имевших отношение, как к самолетам, так и авиационному вооружению. И тут маршал действительно ничего не сможет сделать, даже ходатайствовать. Да и никто не сможет, если тех приговорили, и уже расстреляли.
— Модуль я видел и разбирал, стрелял с его помощью — металлическую ленту изготовили специально. А как началась война, вспомнил про него уже в Ленинграде. Алексей Иванович, вы не смотрите, что он молод, модуль изготовил, заодно по моим объяснениям произвел модернизацию вашего ДП, на основе того, что имелось здесь.
Маршал коснулся пальцами лба, и Дегтярев кивнул в ответ — теперь для него очень многое стало понятным.