— Мой фюрер, моих солдат терзают морозы не меньше, чем войска группы армий «Центр». Дивизия, которую нам отправили из Испании, просто не выдержала жутких условий для себя, и наступление русских застигло их в небоеспособном состоянии. Именно потому русским удалось прорвать наш фронт на Волхове — под угрозой окружения генерал пехоты Куно фон Бот приказал отходить — с двумя оставшимися дивизиями он не мог оборонять столь протяженный фронт, когда за спиной его солдат оказались русские егеря, набранные из жителей Сибири, привыкших к лютым морозам.
Фельдмаршал решился указать на одну причину отхода от Ленинграда, напрямую связанную с обморожением солдат. А заодно «перебросить» часть вины за отступление на союзников, настолько расхристанных, что таковых не жалко. Да и к чему о них скорбеть — дерутся хорошо, но никакой дисциплинированности, к тому же свою роль они отыграли — дивизия просто сгинула в снегах, но все же задержала наступление русских.
— Франко отправил на восточный фронт всякий сброд, а не одну из своих лучших дивизий. Он ведет себя как еврей, каковым и является. Вот она черная неблагодарность, без нашей помощи и «Легиона Кондор» он бы никогда не победил коммунистов.
Гитлер взорвался разразивший тирадой, но не забыл, что командующий группой армий «Север» сказал ему.
— В фатерланде объявлена «Зимняя помощь» — миллионы немцев несут теплые вещи. К вам отправлено два эшелона, скоро они прибудут и все солдаты будут хорошо защищены от морозов. Да и дух наших храбрых воинов должен растопить жестокий лед русских морозов!
У Лееба сложилось впечатление, что Гитлер говорит с ним в присутствии у него в кабинете посторонних людей, перед которыми он произносит тирады. Так ведут себя актеры, работая на публику.
— Мой фюрер, мы остановим русских на Луге, — фон Лееб на самом деле на это рассчитывал, понимая, что если не удержит столь выгодный рубеж, то потом его солдаты не смогут задержать наступающих «большевиков» на промежуточных позициях, и придется отступать до Нарвы и даже Пскова. А это чревато катастрофой — тылы 16-й армии будут открыты. Но решил сказать о «наболевшем», ситуация с войсками генерал-полковника Эрнста фон Буша изрядно нервировала, целому армейскому корпусу угрожала участь оказаться в «котле», его уже обложили с трех сторон.
— Но меня беспокоит ситуация под Демянском. Лучше отвести войска к Ловати, и занять по левому берегу оборонительные позиции…
— Глупости, фельдмаршал! Я говорил по телефону с графом Бокдорфом — он меня клятвенно заверил, что удержит Демянск, превратив весь район в крепость. И дождется деблокирующего удара, когда мы соберемся с силами, запасы у него есть, а Геринг меня заверил, что люфтваффе обеспечат окруженным войскам поставку всего необходимого. Вот так надо воевать, ни отступая, ни на шаг, это не Гудериан, который поспешно удрал от Тулы, которой так и не овладел. Я еще раз предупреждаю вас — держите позиции по Луге, от Ямбурга до Шимска. Отход категорически запрещаю!
— Яволь, майн фюрер, — пришлось подчиниться, хотя фон Лееба стали терзать смутные сомнения — удастся ли это вообще сделать. Ведь одно дело держать в осаде город, опираясь на укрепленные позиции, и совсем другое вести войну в поле, хотя условия местности помогали обороняющимся. Но чтобы оборона была плотной, необходимо усилить каждый из имеющихся корпусов пехотной дивизией. И он об этом решился сказать:
— Я передал 4-ю танковую группу, оставшись только с 8-й панцер-дивизией. А еще отдал 42-й армейский корпус и две пехотные дивизии, в него входящие. В начале декабря отправил 20-ю моторизованную дивизию — а теперь мне бы хотелось вернуть их обратно.
— У вас есть 26-й корпус в составе двух дивизий — можете взять из него 217-ю. Наступление на Моонзунд отсрочим на месяц — для блокирования достаточно одной пехотной дивизии, к тому же там есть две охранные. Этого вполне достаточно — русские на островах ведут себя пассивно, их корабли вмерзли в лед. К вам я смогу отправить одну из моторизованных дивизий, танковый батальон и дивизион штурмовых орудий. И две пехотные дивизии — но потребуется три недели, чтобы перевезти их из Франции. И не просите больше резервы — они нужны на других направлениях…
— Как вам новый истребитель, Григорий Пантелеевич?
