Ярость полностью

Так работает искусство построения сюжета. И если мы проанализируем эпизод, когда Лана пришла ко мне домой, можно понять, каким образом мой мотив опять-таки сводился к страданию. В тот вечер Лана так страдала, что мне было больно на нее смотреть. И предпринятая мной неловкая попытка облегчить ее состояние – а заодно и собственное – была моим намерением. А моя цель? Помочь Лане, конечно же. Преуспел ли я? К большому огорчению, здесь театр расходится с жизнью. В реальности не все складывается так, как вы запланировали.

Тем вечером, когда Лана добралась до моего дома, она была на грани срыва. Бедняжка держалась из последних сил. Ей хватило самую малость – всего-то пары бокалов, – чтобы потерять контроль и разрыдаться.

Я не видел ничего подобного. Лана ни разу при мне не теряла самообладание. Пугающее зрелище… Впрочем, наблюдать вырвавшиеся наружу эмоции всегда страшно. Особенно если страдает любимый человек.

Я пригласил Лану в гостиную – тесную комнату, заваленную по большей части книгами; одну из стен целиком занимал огромный книжный шкаф. Мы устроились на креслах возле окна. Сначала я налил нам по мартини, но вскоре Лана перешла на чистую водку.

Рассказывала она сумбурно, перескакивая с одного на другое без всякой логики, порой невнятно бормотала сквозь слезы. Наконец выговорилась и спросила, что я думаю: мог ли у Кейт с Джейсоном быть роман.

Я замялся, тщательно взвешивая ответ, и эта пауза оказалась красноречивее слов.

– Не знаю, – буркнул я, отводя глаза.

– Боже, Эллиот! – Во взгляде Ланы читалось разочарование. – Плохой из тебя актер. Так ты знал? – Она обессиленно откинулась на спинку кресла, понимая, что сбылся ее самый жуткий страх. – Давно ты в курсе? И почему ничего мне не сказал?

– Потому что я не уверен. Это всего лишь ощущение… И потом, Лана, какое я имею право вмешиваться…

– Ты мой друг, ведь так? Мой единственный друг… – Лана вытерла слезы с глаз. – А ты не думаешь, что Кейт прицепила свою серьгу к пиджаку нарочно, чтобы я ее обнаружила?

– Шутишь? Нет, конечно.

– Откуда такая уверенность? Это как раз в ее стиле.

– Вряд ли у Кейт хватило бы мозгов, если честно. По-моему, ни она, ни Джейсон не отличаются ни особым умом, ни добротой.

– Не знаю. – Лана пожала плечами.

– Зато я знаю. – Я открыл новую бутылку водки и, плавно переходя к своей теме, продолжил: – «Любовь не есть любовь, коли не может выдержать малейшей бури»[21]. Любовь – это не тайные интрижки, вранье и притворство.

Лана промолчала. Тогда я повторил попытку: мне было важно донести свою мысль.

– Послушай. Любовь – это взаимное уважение, верность и дружба. Как у нас с тобой. – Я взял ее за руку. – А эти двое недоумков – пустые, эгоистичные люди, которым не дано по-настоящему любить. Неважно, что между ними происходит, или им кажется, будто происходит, – это все ненадолго. Это не любовь. Первая же трудность, и их связь развалится.

Ответа не последовало. Лана молча смотрела в одну точку. Видеть ее в таком состоянии было невыносимо. Я вдруг разозлился.

– А давай я возьму бейсбольную биту и выколочу из него всю дурь! – Я шутил лишь отчасти.

– Да, будь так любезен. – Лана сумела выдавить вялую улыбку.

– Скажи, что ты хочешь – что угодно, – и я сделаю.

Лана уставилась на меня воспаленными глазами.

– Я хочу жить, как раньше.

– Хорошо. Тогда тебе придется высказать им все. Я помогу. Но ты должна это сделать. Ради собственного душевного здоровья. Не говоря уже о самоуважении.

– Высказать? И каким образом?

– Пригласи их на остров.

– Что? – изумилась Лана. – В Грецию? Зачем?

– С Ауры Кейт и Джейсону не сбежать. Они попадут в ловушку. Как нельзя лучше для разговора. Для выяснения отношений.

Лана пару мгновений обдумывала мое предложение.

– Решено, – она кивнула. – Я так и поступлю.

– Ты выскажешься начистоту?

– Да.

– На острове?

– Да. – Она снова кивнула, а потом вдруг испуганно посмотрела на меня. – Эллиот, а после того как я устрою этот разговор, что потом?

– Ну, – я слегка улыбнулся, – тут все зависит от тебя.

На следующий день я пил шампанское у Ланы на кухне. Она говорила по телефону с Кейт, а я внимательно наблюдал.

– Ты поедешь? На остров, на пасхальные каникулы!

Я был под впечатлением. Лана устроила безупречное представление. Без подготовки, да еще великолепно владела собой – ни намека на вчерашнее отчаяние… Она говорила бодро, легко и беззаботно.

– Будем только мы. Ты, я, Джейсон и Лео. И, конечно, Агати… Не знаю, стоит ли звать Эллиота, в последнее время он совершенно несносен…

При этих словах Лана подмигнула мне, а я в ответ показал язык. Она беззвучно засмеялась и добавила в трубку:

– Ну, что скажешь?

Мы с Ланой затаили дыхание, а затем она с улыбкой прощебетала, обращаясь к Кейт:

– Отлично, отлично! Договорились. Пока! – Повесила трубку и посмотрела на меня. – Поедет.

– Отлично сработано! – Я зааплодировал.

– Благодарю. – Лана слегка поклонилась.

– Занавес поднят. Представление начинается.