– Я верю каждому твоему слову, Бекки, – он на мгновение задумался. – Тем не менее считаю, что надо отложить этот вопрос до дальнейшего обсуждения, а сейчас нам предстоит разобраться с неким Джеком-потрошителем.
Бекки кивнула, но потом ей пришла в голову ещё одна мысль.
– Как ты узнал, где и когда меня искать?
– Я вспомнил о твоём утреннем поведении и о любопытных разрушениях, которые мы наблюдали на этой самой кухне. А ещё Портавелла Чепмена слишком маленькая, чтобы переносить его надолго во времени. Я сложил два и два и, к счастью, оказался прав… это напомнило мне… – он наклонился, снял с руки Чепмена часы и раздавил их ногой. – Твои путешествия во времени окончены, Джордж, – он оттащил обмякшее тело Чепмена от стены. – Ну, осталась только одна поездка.
– Что ты делаешь? – спросила Бекки.
– Вероятно, мистеру Джорджу Чепмену пора заплатить за его ужасные преступления против человечества, не так ли?
– Ты же не собираешься его убивать, правда? – испугалась Бекки.
– Мы не убиваем людей, Бекки. Мы хорошие люди… – Дядя Перси нащупал набор Трекера у себя под рубашкой и что-то нажал. Его грудь побелела, когда электрический разряд пробежал по его Портавелле. – Возьми меня за руку…
Сбитая с толку, Бекки подчинилась и увидела, как дядя Перси ухватил Чепмена за лодыжку. Секундой позже все трое оказались заключены в мерцающий шар шипящего голубого и белого света, а потом исчезли.
Мгновение спустя Бекки обнаружила, что смотрит на знакомый, но совершенно неожиданный пейзаж. У неё отвисла челюсть. Оглядевшись, она увидела прекрасную полосу серебристо-белого песка и густую стену пальм, сливавшихся с безоблачным сапфировым небом. С пронзительным визгом над её головой взмыло огромное крылатое существо. Бекки проследила за ним взглядом. Его колоссальные кожистые крылья хлопали в едином ритме, издавая глубокий свистящий звук.
– А, птеродактиль, – заметил дядя Перси. – Очень распространённый вид в конце Юрского периода. Бекки, ты, полагаю, помнишь это место?
Бекки усмехнулась.
– Лондон. Сто шестьдесят два миллиона лет назад.
– Совершенно верно, – подтвердил дядя Перси, глядя на лежащего без сознания Чепмена. – В отличие от Джорджа, моя Портавелла вмещает значительно больше герафния, чем его, а это значит, что она может перемещаться на такое же расстояние, как и любая хорошо укомплектованная машина времени.
– Но это не то же самое место, что в прошлый раз?
– Эм, нет, – ответил дядя Перси. – В прошлый раз мы припарковались там, где в двадцать первом веке будет улица Пикадилли. А сейчас мы находимся примерно в трёх с половиной милях оттуда. Есть идеи, где?
– Ни одной.
– Посмотрим, узнает ли это место Джордж? – дядя Перси подошёл к Чепмену и сильно пнул его в рёбра. – Просыпайся!
Чепмен застонал.
– Г-где я?
– А ты не знаешь? – холодно спросил дядя Перси. – Признаться, я удивлён. Джордж, это твое старое пристанище – Уайтчепел, место совершения некоторых из твоих самых отвратительных преступлений.
Чепмен выглядел сбитым с толку.
– Я не понимаю, – он потёр глаза.
– Ещё бы ты что-то понял, – сказал дядя Перси. – В любом случае, я оставлю тебя здесь. Красиво вышло, не правда ли? Здесь гораздо спокойнее, чем ты того заслуживаешь. – Он вытащил скальпель Чепмена и бросил его на песок; тот упал с мягким стуком. – Вот, можешь забрать свою маленькую игрушку обратно. Никогда не знаешь, может, она понадобится тебе для добычи пищи, строительства убежища и даже, возможно, самозащиты. Я имею в виду – как знать, что тебя здесь подстерегает?
В глазах Чепмена мелькнул страх.
– В к-каком я периоде?
Дядя Перси с презрением на него посмотрел.
– В том, в котором ты больше никогда не сможешь никого обидеть. – Он что-то ввёл в Портавеллу. – Бекки, думаю, нам пора.
Она кивнула.
– Давно пора.
Дядя Перси взял её за руку, и их окутали извивающиеся ветви света.
– Хочешь сказать что-нибудь мистеру Чепмену на прощание?
Бекки усмехнулась.
– Передай от меня привет Гарольду, ладно?
Бекки и дядя Перси снова перенеслись на остров Мэри, где их встретило множество ошарашенных взглядов и разинутых ртов. Команда «Угря», очевидно, по-прежнему не могла привыкнуть к тому, что люди могут исчезать и появляться, когда захотят. Бекки перевела взгляд вниз на землю и увидела приспешников Крюгера, сложенных на земле кругом: в крови и синяках, побеждённые, они лежали со связанными руками. Хмурый Двоекрюк был приколот к каучуковому дереву собственными крюками, увязшими глубоко в стволе. Затем Бекки увидела, как к ней кто-то приблизился.
– Ты в порядке? – спросил Джо таким голосом, будто разучился говорить.
Бекки заметила его опухшие и покрасневшие глаза.
– Конечно, – сказала Бекки. – Ты тут что – совсем раскис?
– Нет, – солгал Джо, вытирая глаза. – Но пристрели меня, если я за тебя не волновался. Ну, то есть тебя же похитил сам Джек-потрошитель.
– Подумаешь, – ответила Бекки.
– Так что случилось? Где он?
– Прямо сейчас, скорее всего, обедает с Гарольдом в Лондоне Юрского периода. Или, ещё лучше, Гарольд обедает им.
– Ты скормила его мегалозавру? – впечатлился Джо. – Круто.
