У Боре большие заслуги перед физиогномикой. Его изображения показывают, что, независимо от наследственных признаков, благодаря только работе мышц, форма рта может претерпевать большие изменения. Если та или иная мышца напрягается особенно часто, то рот «застывает» в этой форме, она становится для него привычной. Это бесспорное доказательство того, что работа мышц — независимо от наследственных причин — может приводить к формированию определенного выражения лица. Но, в то же время, вполне вероятно, что такое же выражение может развиться в силу действия наследственных причин. Пример приводится на рис. 73. Ребенок там демонстрирует типичную форму рта (triangularis), такую же, как у Боре на рис. 194.
Наиболее богатыми в плане выводов для моих исследований во всех областях мимики стали мои наблюдения в яслях. И в особенности это относится к форме рта. Младенцы не обращают внимания на сецирующий взгляд физиогномиста, тогда как уже двух— трехлетние дети от этого смущаются и на их лице появляются искусственные гримасы.
Общим для рта младенца в первые месяцы жизни является то, что ткань губ очень мягкая и пальпирующий палец практически не встречает никакого сопротивления. Также почти у всех детей в этом возрасте можно констатировать, что рот крайне мал и расстояние между его уголками не больше, чем расстояние между внутренними углами глазниц.
Различие в форме губ обнаруживается очень рано. Однажды в своей клинике я наблюдал узкие, тонко очерченные губы, элегантно сужающиеся к уголкам рта и очаровательную дугу Амура на верхней губе. Пример приводится на рис. 196. Эту форму рта я хотел бы определить как «тонкий детский рот».
У второй группы младенцев я обнаружил толстые массивные губы, причем ограничительные линии губ были размыты (рис. 197). По своей красоте эти рты значительно уступают «тонкому рту». Рот этой группы я определил как «грубый детский рот». Разумеется, можно констатировать большое число разных переходных форм. Различие этих двух форм рта, которое обнаруживается уже в очень раннем возрасте, основывается, вне всякого сомнения, на наследственности. Поэтому задача далее прояснить это различие форм рта является задачей исследователей рас.
Расовые различия еще очевиднее, если проводить исследования в детской клинике, например, в Нью-Йорке, где представлены самые различные расы: американцы, китайцы, негры, славяне, итальянцы, ирландцы и т. д.; здесь различий в форме рта значительно больше, чем в мюнхенской клинике. Однако влияние наследственности не ограничивается той формой рта, которую демонстрирует ребенок вскоре после рождения. Возникающие позднее изменения формы рта могут быть также обусловлены наследственными причинами, точно так же, как чуть вздернутый носик младенца может в течение жизни независимо от окружения превратиться в динарический благородный нос. Поэтому с толкованием изменений формы рта, которые происходят в течение жизни, нужно соблюдать большую осторожность.
Но, насколько неопровержимо воздействие на форму рта наследственности, настолько же неопровержимо и воздействие окружения.
Это можно безошибочно установить уже в течение первого года жизни. Факторами окружения, в наибольшей мере влияющими на форму рта, являются в это время бутылочка с молоком и соска. Когда ребенок сосет бутылочку, рот широко открывается, а губы округляются. Нижняя губа под весом бутылочки прижимается к подбородку. Эта не очень красивая форма рта показана на рис. 198. Многие дети после еды закрывают рот, другие же после приема пищи держат его некоторое время открытым. И чем дольше рот остается в положении как при сосании бутылочки, тем сильнее воздействие на его форму. Но, тем не менее, прием пищи у младенца занимает лишь 1 час из 24-х часов в сутки.
Намного дольше длится действие соски. Многие дети держат соску во рту днем и ночью, делая лишь небольшие перерывы. Губы при этом выпячиваются еще сильнее, чем при акте сосания. Благодаря этому может сформироваться некрасивый рот с толстыми вывернутыми губами, если только не удается своевременно отучить ребенка от соски. Старшие сестры нашего детского отделения рассказывали мне, что поступали дети, использующие соску не только на втором и третьем годах жизни, но также на четвертом, пятом и даже шестом годах. Сестры в клинике отучают детей от соски, не только в интересах гигиены, но и ради красивой формы рта. Поскольку они еще задолго до моих физиогномических исследований определили, что соска формирует толстые некрасивые губы. Кроме того, было замечено, что довод о красоте формы рта в гораздо большей степени влияет на матерей детей, чем все доводы о гигиене. После отнятия соски губы постепенно становились красивее и более узкими (рис. 198).
