Языковой круг полностью

Индивидуальные концепты весьма разнообразны, здесь можно привести индивидуально-авторские концепты, выражаемые ключевыми словами, свойственными тому или иному писателю или философу. Например, М.Хайдеггер пишет: "Выражение "болтовня" будет применяться здесь не в уничижительном смысле. Оно терминологически обозначает положительный феномен, который конституирует присущий повседневному бытию способ бытия понимания и истолкования. <…> Болтовня есть возможность понимать все без предварительного усвоения сути. Болтовня, которую всякий может подхватить, не только освобождает от обязанности подлинным образом понимать, но и образует некоторую безразличную понятность, от которой ничто не закрыто" (Хайдеггер, 1993, с.31, 32). Л.П.Черкасова (1992, с.58) отмечает, что слово "трава" в лирических текстах Арсения Тарковского помимо общеязыкового значения получает некоторые приращения смысла, становится символом силы, питающей творчество поэта, источником познания, тем, во что превращается человек по окончании земного пути, знаком памяти: "Дай каплю мне одну, моя трава земная, Дай клятву мне взамен – принять в наследство речь…" (А.Тарковский). М.Б.Борисова (2001) раскрывает богатство индивидуального концепта 'чудак' в творчестве М.Горького: если в общенародном узусе этот концепт связан с оценкой человека со странностями, чьи поступки вызывают недоумение, то в системе ценностей писателя чудак – это мечтатель ("Чудаки украшают мир"), чудаки противопоставляются расчетливым, но недалеким мещанам.

В ином ключе индивидуальные концепты можно было бы рассматривать как концепты, определяющие тот или иной психотип личности: например, для одних людей ценностно значимы покой, душевный мир, уют, для других – борьба, приключения, риск. Такие индивидуальные концепты иногда становятся доминантами поведения определенных социальных групп и могут превращаться в социокультурные концепты. В определенных исторических условиях возможно их превращение и в этнокультурные концепты. Возможно и обратное движение – постепенное угасание значимости концепта в коллективном языковом сознании, в качестве примера можно привести 'кротость', этот концепт толкуется как незлобивость, уступчивость, покорность (БТС). В современной русской лингвокультуре такое качество характера воспринимается как странное в обиходе либо знаковое для религиозного стиля жизни, в то время как в качестве антипода гордыни в коллективном сознании прошлых эпох концепт 'кротость' был весьма актуален.

Кроме того, концепты неоднородны и в плане обозначения объектов. С одной стороны, можно выделить концепты 'душа', 'злорадство', 'логос', с другой стороны, — 'матрешка', 'колобок', 'подъезд'. По мнению С.Г.Воркачева (2002), мы говорим о концептах только применительно к абстрактным сущностям, предметы не являются знаками концептов. С этим доводом можно согласиться, но "матрешка" — это не просто вырезанная из дерева раскрашенная игрушка, но и множество переживаемых ассоциаций, которые возникают у людей, знакомых с традиционной народной русской культурой. Каким бы противоречивым, на первый взгляд, ни было понятие "предметный концепт", мы считаем, что оно имеет право на существование, если в языковом сознании некоторый предмет ассоциируется с культурно значимыми смысловыми рядами. В этом плане можно говорить о культурной значимости уникальных объектов, обозначаемых именами собственными, о концептах имен собственных в рамках национальной культуры, о концептах вымышленных героев или событий, которые стали фактами культуры в художественной литературе, живописи, кинематографе и т.д., о концептах абстрактных имен, о предметных концептах.