Языковой круг полностью

Заслуживает внимания замечание В.М.Бухарова (2001, с.84): "…формирование <концепта> в сознании человека происходит вне жесткой связи с тем, на каком языке он говорит и говорит ли вообще на каком-либо языке. Это означает возможность установления общечеловеческих концептов, системы реализации которых обнаруживают национальную, этническую, культурную и т.д. специфику. В результате этого возникают трансконцептные связи и отношения". Соглашаясь с тем, что ментальное образование не всегда воплощается в языковой форме, я бы внес уточнение в понятие "система реализации концепта": этнокультурная и социокультурная специфика концепта заключается не только в языковых значениях, с помощью которых концепт обозначается, выражается и может быть описан. Специфичными могут быть и сами концепты. Например, у американских индейцев, живших на северном побережье Тихого океана, существовал обычай "потлач": человек, достигший высокого положения в племени, должен был устроить церемониальный пир с дорогими подарками для гостей, в результате чего организатор этого пиршества полностью разорялся, становился нищим, но приобретал статус наиболее уважаемого человека. Языковое обозначение этого пира вряд ли раскроет нам культурную специфику этого концепта, состоящую в сочетании признаков имущественной нищеты и максимального престижа. В этой связи, кстати, вспомним, что отец Евгения Онегина "давал три бала ежегодно и промотался наконец". Определенные параллели такого специфического сочетания признаков обнаруживаются и в древнеиндийском понимании заключительного этапа жизни человека: уважаемому человеку на закате жизни предписывалось покинуть свой дом и стать нищенствующим странником. Одной из фундаментальных характеристик концепта, по С.Х.Ляпину, является его транслируемость. Трансконцептуальные связи свидетельствуют о специфичности концептов вне зависимости от их языковой реализации.

В изложении Д.С.Лихачева (1997) концепты суть "некоторые подстановки значений, скрытые в тексте "заместители", некоторые "потенции" значений, облегчающие общение и тесно связанные с человеком и его национальным, культурным, профессиональным, возрастным и прочим опытом". Вместе с тем, определяя структуру словарного запаса языка как четырехуровневое образование, Д.С.Лихачев противопоставляет сам "словарный запас, значения словарного типа, примерно так, как они определяются словарями, концепты (в приведенном выше понимании) и концепты отдельных значений слов, которые зависят друг от друга, составляют некоторые целостности", эти целостности в совокупности составляют концептосферу. Вероятно, суррогатные образования, своего рода тематизаторы и классификаторы в сознании человека требуют отдельного обозначения. Если главным качеством концепта является его заместительная функция, своего рода предзначение слова в сознании носителя языка, то концепт выступает как вариант отражения значения, как "общее понятие, замещающее нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода" (Аскольдов, 1997, c.269). Мы же предлагаем считать концепты первичными культурными образованиями, выражением объективного содержания слов, имеющими смысл и поэтому транслируемыми в различные сферы бытия человека, в частности, в сферы преимущественно понятийного (наука), преимущественно образного (искусство) и преимущественно деятельностного (обыденная жизнь) освоения мира.

В этом плане можно противопоставить:

1) объективное потенциальное содержание;

2) содержательный минимум, который обычно представлен в словарной дефиниции и который является актуализацией концепта, всегда частичной и субъективной по отношению к смысловому потенциалу (известно, что каждый словарь есть отражение субъективной авторской трактовки объективного содержания слов);

3) конкретизацию содержательного минимума, проявляющуюся в нескольких направлениях:

а) тематизация ("фуганок — это инструмент; дифференциал — математическое понятие; юстировать — заниматься каким-то действием"); тематическая конкретизация значения зависит от опыта человека, чем образованнее носитель языка, тем ближе тематизатор в сознании человека к содержательному минимуму в идеальном сознании образцового носителя языка;

б) прагматизация (эвакуация для человека, пережившего войну, содержит важные эмоционально-оценочные характеристики, которые вряд ли могут возникнуть у людей, не имеющих такого опыта; сюда же относятся статусно-ролевые, ситуативные, этноспецифические обертоны языковых реалий).