- Вот! – сказал девушка, оставшись вдвоем с комсоргом, и протягивая ему раскрытую ладонь с лекарством, – Это тебе!
- Что это? – спросил Белов, беря с ее руки одну ампулу и рассматривая ее.
- Это очень сильное обезболивающее, американское! Для твоего колена, – светя глазами на весь коридор, проговорила Ася.
- Ася, спасибо… Но откуда? – произнес Сергей, поднимая на нее взгляд, полный удивления и благодарности. Он забрал вторую ампулу с ее ладони, задерживая прикосновение своей руки дольше, чем это было необходимо.
- Я же Гречко, ты забыл? – со смехом ответила девушка, опуская руку, – У меня везде связи!
И быстрым шагом пошла к выходу из здания, улыбаясь сама себе.
Следующая игра сборной на турнире мало чем отличалась от первой. Только на этот раз над ареной звучал гимн команды из Техаса, да соперники были намного более рослыми и крупными, по сравнению с луизианцами. Тренер продолжал с полуулыбкой наблюдать, как его подопечных разбивают в пух и прах, и делать пометки в тетрадке. Казалось, такой ход игры его более чем устраивает.
Боевой дух баскетболистов был на нуле. Подавленные и измотанные они вернулись в отель и разбрелись по комнатам. Ни у кого не было настроения общаться и обсуждать результаты игры. Они чувствовали себя беспомощными и приближающаяся Олимпиада не вызывала ничего, кроме приступа паники и последующего уныния.
Когда Ася забирала ключ от своего номера на стойке администратора, вечно довольный портье протянул ей записку. Девушка развернула сложенный вдвое листок бумаги и улыбнулась. За косым неровным подчерком американского служащего скрывались знакомые ей с детства строки:
«Прекрасное не требует прикрас.
Себе назначит цену только нищий.
Моя любовь напрасных слов не ищет –
Она и так безмерно разрослась.»
Подписи не было, но Ася не знала никого другого, кто еще бы мог цитировать Шекспира в оригинале. Внизу мелкими цифрами был записан номер телефона. С выпрыгивающим из груди сердцем девушка бросилась к телефону-автомату в вестибюле отеля.
- Алло! Пригласите, пожалуйста, к телефону товарища Зайцева! – возбужденным голосом проговорила Ася, когда на том конце сняли трубку.
- Добрый день! Как я могу вас представить? – донесся до нее металлический голос секретаря.
- Ася Гречко! Скажите, что звонит Ася! – нетерпеливо ответила девушка.
- Я узнаю, сможет ли он сейчас поговорить с вами, – отчеканила секретарь. В трубке послышались щелчки, после чего голос секретаря вернулся, объявляя тоном диктора центрального телевидения, – Соединяю!
- Айс!! Ты получила мое послание! – услышала она, наконец, родной голос.
- Кира! Здравствуй! Ты такой большой начальник! Меня не хотели соединять! – смеясь, сказал Ася.
- Пока нет. Просто Надежда у нас очень строга, зато все и всех держит в порядке, – ответил Кирилл, как будто с легким американским акцентом.
- Ты скоро приедешь? – спросила девушка.
- Планировал послезавтра, но точно пока сказать не могу, – посерьезнев, произнес Кирилл.
- Как это не можешь? Ты обещал! – не в силах скрыть разочарование заныла Ася, – Это не честно!
- Айс, ты на правительственной линии, что за детский сад, – одернул ее Зайцев, – Я помню, что обещал. И сделаю все возможное, чтобы выполнить обещание. Но у меня есть дела, которые нельзя отложить. Ты в Америке! Наслаждайся путешествием!
- Я буду ждать тебя, – тихо сказала девушка, – Как всегда.
Ася повесила трубку и глубоко вздохнула. Они планировали провести пару дней в Канзасе вместе, а теперь какие-то правительственные дела могли помешать этому чудесному плану. Но работа всегда будет для него на первом месте, к этому просто надо привыкнуть. Как мама привыкла в свое время.
Девушка встряхнула волосами, будто скидывая с себя осадок этого неприятного известия, и снова пробежала глазами записку. «Все-таки он невероятный», – подумала Ася и, улыбнувшись, пошла к лифтам.
Третья игра группы была с командой из Канзас-Сити, и такого рева трибун Ася в своей жизни еще не слышала. Свисток и объявления судьи тонули в этом всепоглощающем шуме, игроки на площадке не слышали даже друг друга, не то что указания тренеров.
Ребята очень старались что-то противопоставить канзасским баскетболистам, Белов выдавал максимум своих возможностей, но на перерыв они все равно ушли с отрицательным счетом.
За несколько минут до начала второй половины игры Асю окликнули с трибун по имени. Она обернулась и увидела Чарли, сидевшего в окружении товарищей по команде на первом ряду за скамейкой канзасцев.
- Вы пришли поболеть за нас? – с улыбкой спросила девушка, подходя к баскетболистам.
- Мы болеем против Канзаса, а вам все равно уже не поможешь, – усмехнулся один из спортсменов.
- Стив, как невежливо, – Чарли толкнул приятеля в плечо и вышел к девушке на встречу, – Не слушай его! Коммунисты сегодня играют уже лучше, было даже несколько удачных передач. И, конечно, нельзя не заметить вашего Белова. Он сегодня будто проснулся.
- Видимо нашел ваши слабые американские места, – рассмеялась в ответ Ася.
