То, что арка не работает, было ясно и без облепивших её торговцев — магия не ощущалась. Магический фон, который вблизи столь масштабных строений обычно искажается, был ровным.
— Когда-то она являлась основной транспортной точкой города, — добавил стражник. — Но это было давно.
Я кивнула. Про это я знала. Только вид арки вызвал смутные подозрения.
— Давайте подойдём ближе, — скомандовала я.
Торговцы, осознав, что направляемся к ним, сильно удивились и повскакивали. Стали кланяться, здороваться, выражать радость по поводу женитьбы Грея, нашего с ним приезда и вообще.
Я улыбалась и кивала, но моё внимание приковали элементы резьбы, которые складывались в понятные только магам сложные узоры. Когда-то по этим каменным желобкам бежала энергия. Впрочем, не в желобках суть!
Воздух неожиданно дрогнул, вблизи камня мелькнула серебристая полоса силового импульса. В подобные сгустки собирается рассеянная в воздухе магическая энергия, и объекты вроде телепортационных арок их обычно притягивают — впитывают, увеличивая собственный заряд.
Но основным топливом арок являются источники магии, скрытые под землёй. Столбы вбивают очень глубоко — они уходят в землю на десятки метров, чтобы дотянуться до залежей природной силы.
Но это тоже не важно. Импульс мелькнул и не впитался, что лишь подчеркнуло нерабочее состояние.
— Ах, леди интересуется аркой, — наконец сообразила одна из торговок.
— Ну а как иначе? — улыбнулась я.
Народ отреагировал спокойно, мой интерес был понятен. Но многие посмотрели с грустью, а старший стражник даже сказал:
— Если думаете про ремонт, то зря. С этой аркой всё хорошо, проблема-то не в ней. Повреждена главная — та, что в замке.
Про это мне тоже было известно, и я кивнула.
Вот только…
— Если с аркой всё в порядке, то почему вы позволяете торговцам портить камень? — придвинувшись к нему почти вплотную, тихо вопросила я.
Стражник застыл, глянул недоумённо. А я поморщилась, понимая, что не с того начинаю своё временное правление. Впрочем, я тут ненадолго, так чего переживать?
— Вы могли бы убрать? — Я указала на несколько висевших передо мной рубах.
Рубахи тут же сняли, и я увидела вбитые в сложный магический механизм гвозди. Я не артефактор, но пришлось сделать очень глубокий вдох, чтобы не сказать всё, что думаю по этому поводу. У меня аж язык зачесался!
И зачесался ещё сильнее, когда увидела «клеймо».
Артефакторика — сложное и очень престижное занятие. Последние три века она пребывала в большом упадке, и мало кто помнил имена мастеров древности, но не узнать это клеймо я не могла.
В сложном сплетении желобков виделся круг с родовой символикой моего отца. Смутные предчувствия, которые возникли в момент обнаружения арки, оправдались. Это было странно! Вот просто странно. Настолько, что я хмыкнула, а стражник спросил почти шёпотом:
— Прикажете убрать торговцев?
Я подумала, и…
— Нет.
Герцогиня я всё-таки номинальная, и не имею ни малейшего желания портить отношения с народом. Я лучше капну на мозг Грею — пусть эту проблему решает он. А я буду улыбаться, шутить и с большим удовольствием тратить деньги.
О! Кстати!
— Вон та рубаха сколько стоит? — Резко сменила тему я.
Торговка, на чей товар указала, встрепенулась. Женщина попыталась отдать рубаху даром, но я предпочла заплатить. И опять не могла не фыркать — рубаха была мужской, под размер Грея. Дожили! Я, Ариадна Тарс-Марай, покупаю мерзкому Морвелю рубашки! Куда катится мир?
Я потратила всё. Абсолютно. До последней монетки!
Накупила такого, что не пригодится ну вообще никогда!
Зато народ смотрел с обожанием, желал мне счастья, здоровья и всего самого наилучшего. Стражники превратились в носильщиков, служанки были нагружены свёртками по самую макушку — именно в таком состоянии наша процессия направилась обратно к карете. В небе светило солнце, лёгкий ветерок доносил приятные ароматы раннего лета, и ничто не предвещало беды.
А потом раздался крик.
Даже не крик, а ор, на который оглянулись абсолютно все. Когда зеваки начали разбегаться, мы были примерно на середине площади, у самого фонтана. Я не ожидала и впала в ступор, а стражники побросали свёртки и, выхватив из ножен мечи, встали живым щитом.
Служанки завизжали, а я, наконец, различила в диком оре нечто внятное:
— Сайгирс! Сайгирс! Спасайтесь!
Я выглянула из своего укрытия, чтобы увидеть серебристый смерч, который нёсся прямо на нас. Мощный, непонятный, ростом чуть ниже меня…
— Госпожа, за спину! — грозно прорычал кто-то из стражников, и я почти подчинилась.
Почти, потому что, оказавшись на площади, смерч вдруг замедлился. Свечение потускнело, а непонятный «сайгирс» словно споткнулся. Люди, которые бежали следом за ним, наоборот ускорились. В их руках были длинные палки с чем-то острым на концах.
Сайгирс пробежал ещё немного и рухнул на брусчатку. Сопровождавшие меня стражники немного расслабились, а я призвала ледяную цепь и приказала:
— Всем стоять!
Получилось не просто громко — оглушительно!
