Все подавились, а сильно утомлённая ночными приключениями Ариадна этого даже не заметила. Зато сородичей увидела Сайя и пренебрежительно фыркнула. После и вовсе закатила глаза.
Сайгирсы ушли с нами. Присутствовали в кабинете и внимательно ловили каждое слово. В какой-то момент, растолкав магов, добрались до стола и, привстав на лапах, уставились на карты.
— Я иду в старую часть, — напомнил тихо. — Схемы могут быть неточными. В самих шахтах могут быть завалы. А место, где, предположительно может находиться «приманка», примерно здесь.
Я обозначил довольно обширный радиус, и…
— Хрум.
Что этот «хрум» означал? А бес его знает! Ясно было лишь то, что двое «псов» прочно обосновались в моём кабинете.
Люди сначала нервничали, потом смирились. В пылу очередного обсуждения вообще про сайгирсов забыли — кто-то даже наступил одному из кобелей на хвост.
Собранные конюхом отходы мы тоже нюхали, и вчерашний вывод подтвердился — это дерьмо не пахло.
— Может только нам не пахнет? — озвучил мои же вчерашние мысли Нат.
Тройр принялся рассказывать, что так действительно бывает, и эффективность поймём только на месте. Мол, в крайнем случае отложим проникновение, придумаем другой отвлекающий манёвр.
Он участвовал в обсуждениях вдумчиво и на равных, но… Впрочем, не важно. Здесь и сейчас мне было глубоко плевать на возможных лазутчиков, интересовали только гартхи и рудники. И немного тот расчленённый, развешенный по деревьям труп.
Ну и Ари, конечно. Куда ж без неё?
Жена как с ума сошла с этой аркой, из телепортационного зала почти не выходила. Даже бросила несчастных привлечённых к организации приёма леди на произвол судьбы. Ариадна торопилась, и я ценил, но…
— Ты невыносимая упрямица, — шептал ей каждую ночь, устраиваясь на коврах и укрывая нас обоих одеялом.
Я приходил поздно. Ари уже спала. Однозначно спала! Но при моём появлении неизменно поворачивалась и подставляла губы.
Как тут устоять?
Я не наглел, но держать себя в руках было сложно. Видеть её, чувствовать, обнимать… но целовать легко-легко. Почти целомудренно. Правда плоть целомудренных настроений разума не разделяла. Плоть реагировала единственно возможным способом, и чтобы усмирить её приходилось воображать, как делаю шаг в ледяной водопад.
Я был сердит на Ари за то, что так себя мучает, но эти ночи возле арки стали главной моей отдушиной. Я старался не думать о том, что со мной происходит, и поводов для обнаружения своего присутствия не давал. Просыпался и уходил прежде, чем проснётся она.
Последняя ночь выдалась совсем уж сложной — я знал, что утром в бой, а Ари не догадывалась. Я не спешил ставить жену в известность, а сама она не интересовалась — была слишком увлечена восстановлением арки. Впрочем, тем лучше для неё.
Утром я, как и обычно, ушёл. Успел принять душ и переодеться, прежде чем вернуться к телепортационному залу и, поймав жену на выходе, пригласить на завтрак.
Настроение Ариадны сразу ухнуло куда-то вниз — жена стала задумчивой и недоброй. Но очень старалась держаться нейтрально, вероятно, чтобы не расстроить меня.
А потом — всё. Недолгое прощание, в процессе которого я опять пытался надышаться ароматом её волос, и мы уехали. Небольшой отряд — лишь я, Рэйм и маги. Лучники и гвардейцы находились на позициях с рассвета, вокруг рудников кружил следопыт.
Мы добрались. Остановились возле основного лагеря, и тут, прямо из воздуха, выпрыгнула пара сайгирсов — те самые кобели, которые присутствовали на совещаниях.
Все вздрогнули, а я удивился:
— По какому поводу?
— Хрум. — Ответил тот, что был чуть-чуть больше.
Повисла короткая пауза, и Рэйм сказал:
— Кажется, эти двое намерены пойти с тобой.
Я не понимала, расстроена я или зла. Просто сидела на ковре и правила эту бесову кристаллическую структуру арки. Силовые нити были уже распутаны — натянулись струнами и тихо звенели. Заполнявшая пространство голубоватая дымка стала плотной, как утренний туман.
Арка ощущалась принципиально иначе, чем вначале. Едва уловимые колебания превратились в абсолютно чёткий магический отклик — хоть сейчас задавай направление и шагай.
Шагнуть действительно можно, но я бы не рискнула — скорее всего расплющит. В кристаллической структуре имелась небольшая, но критичная ошибка. Как её исправить я понять пока не могла.
И вот глупость — я была очень этой ошибке благодарна. Она отлично отвлекала от переживаний.
Мне следовало наплевать на Грея Морвеля со всеми его вылазками. Махнуть рукой и забыть по многим причинам. Будь я разумной молодой леди, я бы сейчас размышляла о том, как подороже продать починку телепортационной арки новому правителю. Или как извлечь выгоду из возможного статуса вдовы.
Но я не думала. Внутри бушевал шторм. Я дико переживала за этого… этого мужа!
Сайя, кстати, тоже нервничала — дёргала головой, часто вскакивала на лапы. Неужели герцог понравился? А ведь изначально сайгирсы могли на него только рычать.
— Он дурак, понимаешь? — говорила я самке. — Абсолютный. И вот скажи, зачем волноваться о дураках? Почему я-то о нём волнуюсь?
