Сердце в груди споткнулось, и я поймала себя на неуместном чувстве. Так, Ариадна, спокойно. Вы просто женаты. Никакой любви!
Я всё-таки заставила себя отлепиться от Грея, но отпускали меня неохотно. Однако в паре шагов уже отирались Рэйм и Вангорт, поэтому продолжать изображать памятник любви и верности было нельзя.
— Грей, ну как? — подал голос Рэйм.
Морвель кивнул и только. Затем окинул взглядом двор, и, пока он смотрел, я наконец обратила внимание на его одежду. А ещё на запах — Грей благоухал так, что хотелось зажать нос.
Странная маслянистая грязь, которой Морвель был покрыт с головы до ног, уже высохла, но моему платью всё равно пришёл конец. Его явно не отстирают.
Грей поднял руку, приветствуя собравшихся, потом вернулся к Рэйму и сказал:
— Всё отлично.
— Что было? — Рэйм испытал заметное облегчение. — Расскажешь?
— Позже. Кто охраняет лорда Шакрэма? — в голосе Грея прозвучала сталь.
Тут уже Вангорт ответил:
— Гвардейцы охраняют. Гвардейцы и сайгирсы.
Грей хищно оскалился. Захотелось вцепиться в ворот его куртки и спросить в чём дело, но допросы были сейчас неуместны. Муж не жаловался и от усталости не падал, только было очевидно, что ему не слишком хорошо.
— Давай, пойдём, — позвала я.
Грей посмотрел, кивнул, но, прежде чем пересечь двор и поняться по ступеням, велел:
— Дядю не выпускать! — Прозвучало совсем уж зловеще, с рычанием.
При всём моём резком отношении к бывшему наместнику, за него стало немного страшно. А Рэйм уточнил:
— Речь о покушении? Или ты выяснил что-то ещё?
— О, да! — недобро и не очень-то понятно ответил Грей.
Но расспросы были по-прежнему неуместны, а я уже тащила прочь. Ситуация вроде не требовала, но я всё равно цеплялась за герцогский рукав, притворяясь строгой женой, которая взяла под контроль бесшабашного авантюриста.
Проходя мимо управляющего, я потребовала прислать лекаря, и Грей поморщился. Но возражать не стал.
Всё это время рядом крутилась Сайя — она постоянно водила носом и смотрела на Грея влюблёнными глазами. Когда добрались до его покоев, я махнула рукой, пропуская мужа, а сама задержалась.
Притормозила, чтобы напомнить самке:
— У тебя вообще-то своих целая банда.
Сайя не поняла.
То есть сначала не поняла, а потом округлила глаза, и… Её хохот напоминал карканье простуженной, прибитой оглоблей вороны.
— Не смешно, — парировала я надуто.
Сайя закаркала громче. Аж затряслась!
А отсмеявшись, припала на передние лапы и повиляла поднятой кверху попой. Лишь теперь я осознала что несу, и приказала себе остынуть.
— Это не то, о чём ты подумала.
Сайю обуял новый приступ хохота. Пришлось стоять и терпеть.
Едва «собачка» угомонилась, я распахнула дверь и предложила ей войти, но самка предпочла остаться в коридоре. Я, в данном случае, терпением и гордостью вообще не отличалась. Я не могла оставить Грея одного.
Через несколько минут к нам присоединился слуга, который помог герцогу избавиться от одежды. Всё происходило в спальне — Грей раздевался, слуга суетился рядом, а я стояла в дверях и смотрела.
Я жена, мне можно. Даже нужно. Грей это понимал и даже не пытался возражать.
— Ты что-нибудь ел там? — спросила я, разглядывая синий бок, синющую ногу и слишком белую на фоне этих синяков задницу. Узкую и, в общем-то, красивую.
— Заклинания, Ари. Всё на заклинаниях.
Я мысленно застонала и, развернувшись, отправилась инструктировать кухарку. После пяти, даже шести, дней на заклинаниях Грею нужен солёный бульон. Много бульона. И ничего больше! Алкоголь тоже исключить.
Сайя, которая ждала снаружи, увидав меня, опять попыталась закаркать, но я была строга и непримирима.
Мы в чрезвычайных условиях, у меня стресс, я тут вообще с ума сходила от беспокойства и могу поступать странно. И выдохну лишь после того, как лекарь осмотрит и наложит нормальные заклинания. И после того, как Грей поест!
Я точно знала, что выдохну, но до спокойствия было как до столицы на черепахах. Весь этот день слился в этакое единое пятно.
Я дала инструкции кухарке, пообщалась с лекарем, затем пронаблюдала, как уже чистый и опять-таки голый Грей выходит из ванной, и почти этому зрелищу не смутилась. Поприсутствовала при осмотре лекарем. Обсудила с мужем тот факт, что после пяти дней на заклинаниях ложиться спать прямо сейчас бесполезно — нужно сначала снизить дозы поддерживающей магии. Раньше ночи он всё равно не уснёт.
Затем был «обед» в покоях. Грей пил бульон, а я сидела напротив и гипнотизировала взглядом.
Думала, что после этого Морвель отправится в подвалы, чтобы пообщаться с преступниками, но нет.
Закончив с бульоном, муж посмотрел внимательно и сказал:
— Ну что? Настало время историй?
— А ты способен? — уточнила я хмуро.
Грей хмыкнул и потянулся ко мне так, словно собирался поцеловать.
Я, конечно, отодвинулась, и он опомнился. Сообразил, что сейчас причин играть на публику нет.
— Я более чем способен, — ответил он. А я подумала: как хорошо, что в Нортейме всего одни золотоносные рудники и лишь одна стая гартхов. Что тема закрыта. Что это был первый и последний такой рейд.
