– Ты говорил, что я сделала невозможное возможным. А что, если я захочу поддержать Двоек и Троек? Что, если я скажу, что Авентин должен делиться своими богатствами с другими? Тогда они перестанут меня любить.
– Ты права. Тебе придется самой решать, кем ты хочешь стать. Райана, дочь Тиберия… Украденная и вернувшаяся принцесса. – Бишоп снял очки и пристально посмотрел на Рейну. – Или Рейна. Призрак, который сделал невозможное возможным.
Рейна не решалась говорить.
Она попыталась прочитать мысли Бишопа, смотря на его лицо, но это было так же бессмысленно, как пытаться отыскать дно в черной воде. Что он хотел? Чтобы она восстала против Благословенных? Чтобы она боролась за Двоек и Троек? До этих пор Бишоп казался ей амбициозным. Человеком, который знает, чего хочет, и всегда следует своей цели. С другой стороны, он вырос в Питче и вступился за нее еще до того, как узнал, что она была Благословенной.
– Твои слова звучат как предательство, – сказала она, жалея, что Шторми нет рядом. Она могла видеть людей насквозь.
– Я просто рассказываю тебе о твоих возможностях, – сообщил Бишоп. – Тиберий пытается использовать твою историю в своих целях. Бедный папа, который наконец-то снова может обнять свою дочь. Он получает как никогда много внимания, что явно поможет ему стать следующим правителем.
– Что мне делать, Бишоп? Что я могу сделать?
– Я твой представитель, и, что бы ты ни делала, я буду на твоей стороне. Я твой щит, твоя поддержка и твое оружие. Что бы ты мне ни приказала, я исполню это. Ты можешь мне доверять.
Действительно ли она могла доверять ему? Ей очень хотелось в это верить.
– Твой отец следит за тобой. За каждым твоим шагом. Он уже разместил целую сеть шпионов в нашем районе. Очевидных, вроде Дафны и Найфа. И менее очевидных тоже, разумеется.
– Ты узнаешь только ту информацию, которую тебе можно узнать. Поэтому никто ничего не говорил тебе о Шторми, – продолжил представитель.
– Что с ней? – сердцебиение Рейны участилось.
Ей казалось, будто земля ускользает из-под ног, и она прислонилась к стене.
– Она в опасности?
Конечно, она в опасности. Тиберий сказал, что хочет ее обезвредить, правда, Шторми так просто не сдастся.
Ветер громко бился о стекло. Он пел дикую мелодию, мелодию шторма, свободную и неуправляемую, будто пытаясь сообщить Рейне о чем-то.
Бишоп надел на Рейну свои очки, не сказав ни слова. Она испуганно вдыхала воздух, и все вокруг нее менялось. Все, что находилось за стеклом, внезапно стало резким. Она видела каждый кирпич, из которого состоял купол золотого дворца в центре округа. Когда ее взгляд дольше останавливался на чем-то, очки увеличивали изображение. Она видела птицу, которая сидела на крыше. Прямо над ней появилась надпись «Голубь, самка, возраст два года».
– Это невероятно! – сказал Рейна, смотря вдаль поверх очков. Без них птицу невозможно было увидеть.
– Развлекайся! – смеялся Бишоп.
Рейна смотрела в небо, и на облаке была надпись, сообщающая о температуре, скорости ветра и прогнозе погоды на вечер. Будет дождь.
– Невероятно.
– Я же говорил! Такие вещи не хочется снимать. Они просто гениальные.
Рейна посмотрела на Бишопа и узнала, что его костюм сделан вручную и к тому же стоит неприлично дорого. На эти деньги можно было содержать целую семью в Сером округе на протяжении года. Еще она узнала, что его давление было слишком высоким и что его мочевой пузырь наполнится примерно через час.
– Они рассказывают немного больше, чем хотелось бы знать.
В воздухе около Бишопа всплыло еще одно окно, в котором было написано «Биография». Прежде чем Рейна начала читать, у нее перед глазами появилось уведомление, написанное красным шрифтом: «Имеется судимость».
– Судимость? – спросила она, и представитель снял с нее очки, пока она не увидела чего-то еще.
– Я немного грешил в молодости, совсем этим не горжусь. Жизнь в Питче не была легкой, думаю, ты можешь себе это представить.
– Но ты, тем не менее, смог стать представителем!
– Большое везение, ну, ты знаешь. Разве я мог догадаться, что приговоренный к смерти человек окажется принцессой?
Действительно, как он мог догадаться…
Бишоп крутил очки в руках, кажется, настраивая что-то.
– Теперь ты снова можешь их надеть.
Он снова дал Рейне очки. Пока она видела правым глазом все, что ее окружало, левым она видела только какого-то мужчину в странном костюме.
Бишоп вставил микрофон в ухо Рейны, и она услышала голос, судя по всему, принадлежавший этому мужчине.
– Алло? – сказала Рейна, но мужчина не реагировал.
Казалось, он ее не видел. Прошло немного времени, прежде чем Рейна поняла, что этот мужчина был ведущим новостей, рассказывающим о каких-то событиях.
