Не став дожидаться официантки, я сам пошел к барной стойке, и рассчитался. Когда мы сели в машину, я даже не знал, куда мы направимся. Я просто завел мотор, и поехал по направлению к центру города. По дороге, мы так же ехали молча. Я пытался собраться с мыслями, а Оля, похоже, не знала, что говорить. Я остановил машину возле городского парка.
— Не хочешь прогуляться? — Предложил я Оле. Она посмотрела на меня таким взглядом, как будто не расслышала, или недопоняла моих слов. Я улыбнулся. — Пройтись по парку, — Объяснил я.
Оля пожала плечами. Потом она хотела что-то ответить, но я перебил ее.
— Идем! — Я вышел из машины, и пошел к двери Оли, чтобы помочь ей выйти. Я взял ее за руку, и повел к тротуарной дорожке, которая вела в парк.
Уже было довольно поздно, и, судя по всему, мы были единственными посетителями парка в это время. На удивление, на улице стояла безветренная и спокойная погода, хотя сегодня, практически целый день шел дождь. После кофейни, воздух здесь казался особенно свежим и чистым, хотя он был немного тяжеловат, из-за повышенной влажности. Было достаточно прохладно, но терпимо, если учитывать, то, что мы только что вышли из машины.
Мы не спеша, направлялись вглубь парка. Все дорожки здесь, вели к фонтану, который находился в центре и соединял их между собой. Повсюду были разбросаны опавшие с деревьев листья, которые в своей совокупности разных цветов, создавали своеобразный ковер, устилавший здесь все вокруг. Кое-где проглядывались лужи, словно маленькие зеркала, умело отражавшие тусклый свет фонарей. Время от времени, на нашем пути встречались скамейки, так же мокрые, и усеянные листьями, одиноко стоявшие вдоль дорожки, и напрасно ожидающие своих посетителей. Не желая нарушать тишину, которая так мирно царила здесь, мы продолжали с Олей молча следовать по парку. Вскоре, мы добрались до его середины, и решили остановиться возле фонтана. Стал моросить небольшой дождик, и чтобы укрыться от него, Оля прижалась ко мне, и крепко обняла двумя руками. Я почувствовал, что она дрожит от холода.
— Ты замерзла? — Спросил я, прижимая ее, еще ближе к себе, и закрывая своей курткой ее спину.
— Нет, давай еще постоим! — Тихонько попросила Оля. — Здесь хорошо, — Добавила она, подняв голову на меня. Наши губы оказались на расстоянии всего нескольких сантиметров. Некоторое время, мы смотрели друг на друга, ожидая того, кто же сделает первый шаг. Эти мгновенья длились не долго, но это были те секунды, когда ты можешь полностью прочувствовать всю прелесть преодолевания, присущего в отношениях, первичного комплекса, в борьбе за предстоящий первый поцелуй.
Едва я приблизился к Оле, как сразу же почувствовал ее влажные и холодные губки на своих губах. Она обняла меня еще крепче. Я ощущал, как быстро бьется ее сердечко сейчас. Поцеловав меня, она вновь положила свою головку мне на грудь. Некоторое время, мы еще продолжали все так же стоять.
Дождь начинал заметно усиливаться, и за считанные секунды он превратился в обильный ливень. Накрывшись моей курткой, мы быстро стали возвращаться обратно, к машине. Не обращая внимания на лужи, Оля торопливо перебирала ножками, пытаясь успеть за мной. Вскоре она остановилась, и отчаянно разведя руками, сказала:
— Все! Я больше не могу! — Она выглядела очень забавно сейчас: ее туфелек, практически не было видно, из-за лужи, в которой она стояла; на ее плечике — удобно разместился пожелтевший листик, кучерявая прядка ее белых волос, нагло прилипла к щеке, а с носика, маленькой струйкой стекала водичка. При всем этом, Оля мило улыбалась, отчего мне сразу захотелось обнять ее покрепче, и не на секунду не выпускать из своих рук.
Я подошел к ней, и, взяв за плечи, поцеловал ее в лобик. Оля снова прижалась ко мне, и мы еще раз поцеловались.
Мы продолжили свой путь, нарочно вступая в лужи, смеясь, и, обрызгивая друг друга. Теперь нам уже некуда было спешить — мы промокли до ниточки. Добравшись до машины, мы сразу скинули с себя верхнюю одежду, и включили печку. Я повез Олю к себе. Она пока об этом не знала, но и не спрашивала, куда мы направляемся. Вскоре, мы уже были возле моего подъезда.
— Ты меня привез к себе? — Осмотревшись по сторонам, спросила Оля.
— Да. Я же тебя отвез в парк, а значит — я виноват в том, что ты намокла. Я тебя высушу, напою чаем, и отвезу домой. Ты не против?
Оля доверчиво улыбнулась.
— Нет.
Мы поднялись ко мне. Пока Оля сушилась и переодевалась, я приготовил глинтвейн и чай с лимоном. Вскоре, она вышла из ванной в моем халате.
— А где можно высушить вещи? — Спросила Оля.
Я взял у нее одежду, и разложил ее на батарее, рядом со своей. Устроившись за столом на кухне, мы стали пить чай.
— Да-а, интересная у нас с тобой прогулка получилась. Давно я так не гуляла. — Сказала Оля, отпивая чай маленькими глоточками. — Да, сегодня весь день какой-то особенный. Кажется, что столько всего произошло. — Как бы размышляя вслух, добавила она.
— Это точно. — Согласился я. — Ты, кстати, не голодна? Тебе приготовить что-нибудь?
— Да нет, спасибо.
— Может тогда глинтвейн?
