– Это имеет отношение к Осно… – Ханна осеклась, заметив, как поморщился собеседник, и тут же поправилась: – Простите. К слову на букву «О»?
– Нет, – мотнул головой тот.
– Ты должен объяснить доходчивее, – подсказал другу Зик.
– Боюсь, ты прав, – согласился Когз, подтянул к себе табурет и снова сел. Ханна с Реджи подались вперед и приготовились внимательно слушать. – Но наперед хочу спросить: что именно известно вам?
Дородный специалист по привидениям посмотрел на помощницу редактора, предоставляя ей слово.
– Что ж, – начала она. – Насколько нам объяснила миссис Харнфорт, народец существовал всегда, а Основатели появились уже позднее, когда люди обнаружили, что могут стать бессмертными, забирая жизненную силу у волшебных созданий. Раньше это означало их убийство, но теперь есть и другой способ. Миссис Харнфорт назвала его «расплатой». Таким образом народцу больше не приходится умирать.
– Вот только и жизнью это тоже вряд ли можно считать, – мрачно прокомментировал Зик, заработав раздраженный взгляд компаньона, и запротестовал: – Что? Просто к слову.
– А что еще? – спросил Когз, старательно игнорируя бульдога.
– Сейчас заключено перемирие, – продолжила Ханна. – Обе стороны подписали Соглашение.
– По сути верно говоришь, – согласился правдослов. – Вот только платит по счетам народец. И часть из них – чуть больше, нежели иные. Нечестной кажется им сделка.
– Постойте, – вмешался Реджи. – Вы говорите «из них», «им». Значит, себя к представителям малого народца не причисляете?
Ханна с уважением посмотрела на коллегу, восхищаясь его наблюдательностью.
– Ответ покажется вам странным, – вздохнул Когз. – В особенности от того, кто правду говорит, но – да и нет. Не существует четкого определенья, кто именно относится к народцу. Уверен, многие сочтут меня созданием волшебным, но груз «расплаты» не довлеет надо мной.
– Однако и Основателем вы не являетесь? – уточнила Ханна.
– Определенно нет. – Собеседник выглядел оскорбленным подобным предположением. – Все дело в том, как посмотреть. Представь себе: наш мир – страна, тогда бессмертные – правительство, ну а народец – населенье. В сей аналогии расплата – как налоги.
– Но только кто-то уклоняется, а остальные несут основное бремя? – спросила Ханна.
Когз кивнул.
– В точности как с налогами в реальном мире.
– А-а, – протянула Ханна. – Теперь я поняла. И это повышение означает увеличение ставки?
После этих слов к растущему списку новых ощущений добавилось чувство неполноценности от того, что над ней посмеялась собака.
– Забавно, – пофыркивая, сообщил Зик наконец.
– Вовсе нет, – ответил Когз. – Есть в мире вещи, леди, которые намного старше каждого из нас. Под «нами» я имел в виду всех нас: народец, Основателей, нормалов.
– Вроде речной богини, – пояснил Зик.
– Вот именно, – согласился Когз. – Но и она всего один пример. Других, подобных ей, есть множество.
Ханна кивнула, вспомнив духа-защитника газеты, которого все они предпочитали называть уклончиво «подругой Мэнни».
– Мир наполняет магия. Свидетелем сего уже вы стали сами, полагаю?
Ханна снова кивнула, стараясь сохранять нейтральное выражение лица. По ночам она до сих пор часто просыпалась в холодном поту, вспоминая безумца, который обездвижил их со спутниками и подвесил в воздухе, пока перед глазами плясал нож. А еще, конечно, была Стелла.
– Прекрасно, – улыбнулся Когз. – Итак, есть магия, а также люди, кто владеет ею, но в разной степени. Это как с водой: одни скульптуры вырезают изо льда, другие плавают, подобно рыбам.
– Если честно, аналогия притянута за уши, – встрял в обсуждение Зик.
– Когда же ты заткнешься? – под нос себе пробормотал Когз, прежде чем снова повернуться к аудитории и возобновить декламирование: – Хотел я лишь сказать: правительство – то бишь Основатели – не в силах под контроль взять повышенье.
– Хотя и очень пытаются, – проворчал Зик.
– Но что куда важней, – продолжил Когз, – возрожденье древних сил. Глубинных, первобытных, диких. Вот, например: не остановит все оружье мира вулкан взорвавшийся иль наводненье. Казалось нам, что магия та угасает. Народец утверждал, что волшебство далеких предков умирает. – Он помахал рукой в воздухе. – Мы думали, что дело в измененьи мира. Считали, что грядет век технологий. Все это электричество. Иные чудеса, что создал человек.
– Интернет, – подсказал Зик.
– Телефоны.
– Кофемашины, – мечтательно протянул бульдог.
– Да прекрати уже надоедать, – прорычал Когз. – Не будем покупать мы эту дрянь. – Он снова повернулся к Ханне. – Итак, на чем меня прервали? Мы думали, что силы древних угасают. Они, однако, – бум! – и стали возвращаться. Никто не знает, почему сейчас, теории разные все строят. Но повышенье ощущают все – или хотя бы те, кто труд себе дает заметить.
– Почти как с повышением уровня Мирового океана, – встрял Зик. – Большинство из людей этого тоже не замечает.
– Совсем на Ленни Брюса[5] не похож ты, – упрекнул его Когз.
– Твои отсылки никто не поймет, настолько они устарели, – парировал пес. – Поэтому нам нужен еще и телик.
