— Возможно, будет трудно попасть внутрь больницы. Я уверен, что снаружи царит ажиотаж из-за СМИ. Позвони Стиви, когда доберешься туда. Она проведет тебя.
— Как она?
— С ней все в порядке. Она, конечно, беспокоится за него, но учитывая то, как Райана ударили, он, вероятно, должен был упасть на грудь, а не колено. Так что, учитывая все обстоятельства, с ней все в порядке.
Он отдает мою сумку, обнимает меня и возвращается к самолету, но прежде чем отъехать слишком далеко, поворачивается:
— Инди, не хочу тебя пугать, но если это правда разрыв мениска, он вылетел до конца сезона. А для Райана баскетбол — вся жизнь. Позаботься о нем, ладно?
Я киваю в знак согласия. Это то, что у меня получается лучше всего.
* * *
Зандерс был прав. Больница — это целый зоопарк репортеров, разбивших лагерь перед входом, в надежде первыми услышать прогноз для суперзвезды Райана Шея. Как будто клуб не будет первым, кто выступит с заявлением. Я могу гарантировать, что врач команды прямо сейчас находится внутри.
Пока я жду, когда Стиви ответит мне и скажет, куда идти, я сижу в своей машине, припаркованной у входа. Достав телефон, я набираю его имя.
Бесконечные статьи усеивают экран телефона предположениями о его травме, включая бесчисленные видеоповторы этого события. Собравшись с духом, я открываю одно видео и нажимаю воспроизвести.
Только с третьей попытки мне удается досмотреть до конца, не отворачиваясь. Трудно не отвести взгляд, когда я вижу игрока в сером, атакующего Райана, как раз в тот момент, когда он отпускает пальцами баскетбольное кольцо.
Зандерс прав. Райан должен был приземлиться на грудь, но каким-то образом, благодаря своим спортивным способностям, он почти смог снова встать на ноги. Я хочу почувствовать облегчение от этого, но это почти невозможно, когда я вижу, как он корчится от боли.
Он олицетворяет силу, и я ненавижу видеть его в момент слабости.
Когда врач команды подбегает к нему, приходит сообщение от Стиви с указанием, как пройти к черному входу. Так тихо, как только могу, я подхожу к двери и жду, когда она встретит меня с другой стороны.
Она приоткрывает ее, оставляя ровно столько места, чтобы проскользнуть внутрь.
— Как у него дела? — это первое, что я спрашиваю.
Она пожимает плечами.
— Это же Райан. Он пытается стойко относиться к этому, но он в шаге от того, чтобы потерять самообладание, — она останавливается в коридоре, чтобы обнять меня. — Тебе не обязательно было приходить.
— Да брось, — говорю я в ее объятия.
На ее лице появляется понимающая улыбка, когда она отстраняется, и мы продолжаем путь в его палату.
— Ты чувствуешь себя лучше?
Прямо сейчас я чувствую себя довольно плохо.
— Я пока не знаю, как на это ответить.
Коридор завален бесчисленными сотрудниками команды. Они все в футболках «Дьяволов», просматривают что-то на своих ноутбуках, некоторые — на своих телефонах в тумане бурных разговоров, а парочка расхаживает по коридору.
Рон замечает меня, когда я разговариваю по телефону, и хмурится. Он одаривает меня лишь напряженным выражением лица и нерешительно машет рукой.
Именно в этот момент я понимаю, что вся команда зависит от результатов МРТ. От Райана. Более слабый мужчина сдался бы под давлением, но я могу гарантировать, что, когда я открою дверь в его палату, то увижу его спокойным, хладнокровным и собранным.
Стиви открывает дверь, чтобы доказать, что я права. Райан сидит в частной больничной палате, подперев колено, покрытое льдом, с закрытыми глазами, откинувшись на подушку позади себя, в наушниках, блокирующих любой посторонний шум.
Я вижу, как на его лбу высыхает слой пота, который он еще не успел смыть душем, а его веснушчатые щеки немного покраснели от напряжения. Кроме того, он только что пережил травму, которая возможно отстранит его до конца сезона.
— Райан, — Стиви трясет его за руку, привлекая его внимание, и он достает наушники.
Он открывает глаза, чтобы посмотреть на нее. В них нет никаких эмоций, пока он не смотрит в сторону прямо на меня.
Бесстрастное выражение его лица мгновенно меняется. Райан хмурит брови как, затем прикусывает нижнюю губу в попытке скрыть пробежавшую по ней легкую дрожь.
— Я, эм… — она показывает большим пальцем через плечо, — … я буду в холле.
Как только Стиви закрывает за собой дверь, Райан впивается в меня взглядом, задерживаясь на моей рабочей форме.
— Что ты здесь делаешь?
— Зандерс рассказал мне, что произошло.
— Но почему ты здесь?
Его сине-зеленые глаза умоляют меня дать ему правильный ответ. Потому что, кроме его сестры, ни одна душа в этом коридоре не находится здесь ради него. Они здесь ради обычного игрока.
Как только я открываю рот, чтобы ответить, дверь открывается, и внутрь прокрадывается мужчина в белом халате, за ним Стиви и врача команды. Они протискиваются в дверь, быстро оставляя хаос в холле позади.
