Его лапы сползли на мою попу и грубо стиснули ее. Узкое черное платье, которое показалось мне вполне годной маскировкой, в очередной раз попыталось меня предать и поползло наверх.
— Даниил, остановитесь, пожалуйста! — нервно проговорила я, пытаясь вернуть подол на место и смахнуть его руки одновременно. — Я совершенно серьезно. Другие девочки подтвердят, что я не с ними.
— Девочки подтвердят то, что я захочу.
— Нет! — вскрикнула я, когда на этих словах он просто дернул меня к себе и его слюнявые губы коснулись моей шеи.
Мне удалось его оттолкнуть только потому, что он этого не ожидал. На лице успело мелькнуть удивление, прежде чем смениться куда более неприятным выражением.
— Ты вообще знаешь, что я с тобой сделаю?! — прорычал он. — Не там решила повыеживаться, куколка!
Я отскочила назад, оглянулась и быстро переставила высокий барный табурет так, чтобы он оказался между нами. Но это помогло ненадолго — Даниил отшвырнул его в сторону, прямо на стеклянный столик, брызнувший острыми осколками во все стороны.
Развернувшись спиной, я попыталась защититься от них, случайно повернула голову в сторону террасы…
И встретилась взглядом с расширившимися от удивления глазами Филиппа.
Нет, не удивления.
Шока.
Понимаю. Он явно не ожидал меня здесь встретить.
Через мгновение шок сменился раздражением.
А еще через мгновение — бешенством.
Пока я играла с Филиппом в гляделки, Даниил зря времени не терял. Он с хрустом наступил на осколки столика, надвинулся на меня и жестко и умело заломил мои руки за спину, вынудив согнуться пополам. Одной рукой он стиснул оба моих запястья, а другой дернул подол платья вверх…
И тут же отпустил.
Охнув, я едва устояла на ногах и не упала коленями прямо в стеклянную крошку. Оперевшись на край дивана, я обернулась и увидела, как в замедленной съемке:
Кулак Филиппа врезается в скулу Даниила.
Сминает его мясистую щеку.
И с хрустом ломает нос, разбрызгивая алые капли крови.
Среди звенящей тишины, мгновенно воцарившейся в доме, раздался чей-то испуганный и восхищенный голос:
— Завадич, тебе пизда.
Мир замер в абсолютной тишине. Даже виски не смел булькать, переливаясь из бутылки в бокал и застыл, свернувшись в причудливый узор сизоватый табачный дым под потолком.
И в этой заторможенной реальности вдруг раздался хриплый смех.
Сначала никто не понял, кому он принадлежит, пока отшатнувшийся от удара Даниил не выпрямился, все еще закрывая ладонью лицо.
От каркающих звуков, которые он издавал, холодок пробежал по спине, кажется, не только у меня. Потому что у всех остальных свидетелей драки лица были одинаково искажены шоком и ужасом.
А потом, так же резко, как начал смеяться — он замолчал.
И это молчание наконец взорвало тишину.
Сразу несколько девчонок, забыв о том, что только что тискались с другими гостями, налетели на него пестрой толпой. Закружили, защебетали взволнованно.
Кто-то достал из сумочки салфетки и принялся вытирать окровавленное лицо, кто-то выгреб из ближайшего ведерка с шампанским кубики льда и, завернув в платок с логотипом LV, приложил ему к переносице, чьи-то тонкие пальчики бережно ощупывали свернутый нос.
Моя соседка по минивэну обернулась ко мне и, расширив глаза, быстро мотнула головой в сторону дверей. Мол, вали, пока он занят.
Я бы свалила, если бы не Филипп.
Не оставлять же его теперь?
Он стоял в трех метрах от меня, сжимая собственную руку в запястье, словно старался удержать ее от продолжения драки. И смотрел на меня.
Пока я думала, как утащить его отсюда с собой так, чтобы он не сопротивлялся, Сысоев вдруг рыкнул на скачущих вокруг девчонок, раздвинул их и махнул рукой в нашу сторону:
— Этих в мой кабинет! — скомандовал он, и кто-то перехватил меня сзади за плечи, четко и твердо, очень профессионально.
Я даже не заметила, как на террасе появились высокие парни в черной форме охранников.
Филиппа тоже перехватили за локти и нас обоих отконвоировали в помещение с тяжелой дубовой дверью, которая мягко захлопнулась за нами, разом отсекая гомон голосов остального дома.
Глухо клацнул замок.
Дергать ручку было бесполезно, но я все равно проверила — на всякий случай.
А потом повернулась к окнам — забранным решеткой.
Что ж, выбор помещения был обоснован.
А теперь…
Я резко развернулась к Завадичу, которого втолкнули в кабинет первым.
Он стоял в расслабленной позе и щурил стальные глаза, делая вид, что у него все под контролем.
— Ты совсем двинутый?! — завелась я с пол-оборота. — У тебя мозг есть? Даже я знаю, что Сысоев — человек, которому не возражают!
— Интересно, откуда ты его знаешь? — скривился он. — И что ты вообще делаешь в этом доме?
— Мне с какого момента начать? С того, как ты трубку бросил?!
— С того, как ты в эскорт подалась. Понравилось трахаться за деньги, Вера?