Когда я начала приходить в себя, ощутила, что лежу щекой на мужской груди и вдыхаю самый любимый на свете запах.
Под спиной — рука, обнимающая меня за плечи.
Все остальное… На кожаном диване?
Наверное.
Наши ноги сплетены, а платье… По-прежнему на талии. Причем целиком, верхняя часть тоже сползла, причем когда — не помню.
— Завадич… — пробормотала я с закрытыми глазами.
Где-то в голове одиноко бродила мысль, что надо бы нам привести себя в порядок, а то сейчас придет большой человек Даниил Сысоев, сын губернатора, чтобы уничтожить нас обоих, а мы тут…
Не совсем одеты.
Но бродила она несмело, а шевелиться было слишком лень.
— М-м-м-м? — вяло откликнулся Филипп.
— Ты кое-что забыл.
— Что?
— Презервативы, блин! — сообщила я, открывая наконец глаза
— Думаешь, надо было в ящиках стола порыться?
Филипп тоже открыл глаза, неожиданно улыбнулся и нежно коснулся губами кончика моего носа. Его нежная и счастливая улыбка совершенно сбила меня с толку.
— А на вечеринки со шлюхами ты их не носишь? — буркнула я.
— У них обычно с собой.
— Филипп! — я извернулась и впилась зубами в обнимающую меня руку.
— Ай! — засмеялся он и снова наклонился, чтобы поцеловать.
На этот раз в губы — но так же нежно.
— Я уже говорил, что девочки за мелкий прайс меня не интересуют.
— А как же я?
— А ты очень дорогая девочка! — он снова чмокнул меня в кончик носа.
— Ну Филипп! — взвыла я.
— Ну что?
— Что ты будешь делать, если я залечу после этой… выходки?
Я заерзала, пытаясь стянуть платье пониже, чтобы оно хотя бы прикрыло попу.
Завадич тоже с тяжелым вздохом отлепился от дивана, натянул брюки и застегнул их. Заправил рубашку. Все это молча, не глядя на меня.
Упал обратно на спинку дивана, закинув руку мне на плечо и запрокинув голову к потолку.
— Ну?! — я толкнула его в плечо.
Он лишь поморщился и прижал меня к себе поближе.
— Филипп!
— Вера? — снова ленивым расслабленным тоном.
— Ну что?!
— Выходи за меня замуж.
Бух-бух-бух!
Сердце застучало громко-громко, с гулким эхом, словно в медной цистерне.
— Я же дорогая девочка, сам сказал… — проговорила я онемевшими губами, глядя в его невероятно красивое лицо и едва удерживаясь от того, чтобы провести пальцами по острым скулам. — Что я за это получу?
— Мой дом? Мои машины? — предположил он.
— М-м-м-м…
Филипп приоткрыл один глаз и посмотрел на меня.
— Мало? Квартиру в Нью-Йорке? Дом в Лондоне? Особняк в ЛА?
— Подумай получше.
Он открыл оба глаза, приподнялся, глядя на меня и пытаясь понять, что я хочу от него услышать. Я изо всех сил пыталась сдержать счастливую улыбку, но получалось плохо. Ну то, что меня потряхивало от едва сдерживаемого смеха, тоже не способствовало удержанию серьезного вида.
— Филипп! — с упреком сказала я.
Припала к его груди, потянулась и коснулась губ аккуратным и нежным поцелуем.
Его рука дернулась, обнимая меня крепче и прижимая так, чтобы не сбежала.
— Меня? — неуверенно предположил он.
— Тебя.
Еще несколько секунд он смотрел на меня — и вдруг в его глазах зажглось понимание.
— Так ты… — начал он.
Я кивнула:
— Да.
Он закрыл глаза и медленно выдохнул.
Я подтянула платье на груди, чтобы оно не сползало и устроилась у него под боком.
Спросила:
— Так что дальше?
Филипп ухмыльнулся, с хрустом разминая костяшки на пальцах:
— Посиди тут пока.
— Вера Завадич! Права готовы!
Я оторвалась от созерцания серо-голубого дождя за окнами ГИБДД и подошла к окошку.
— Ой! Простите! — девушка, размахивавшая розовой карточкой, меня узнала. — Вера Тополева! Забирайте!
— Завадич, Завадич… — пробормотала я, забирая права. — Иначе что бы я тут делала?
Оказывается, после замужества все документы надо менять. И для этого пришлось идти в эту контору, куда я не собиралась возвращаться еще лет десять.
За каждым поворотом мне все еще чудился мой инспектор, лица которого я не запомнила.
А вот он меня — мог! Девушка же узнала.
— Поздравляю! — улыбнулась та. — Все не зря, значит.
— Что? — не поняла я. — Что не зря?
Но она уже захлопнула окошко, а меня оттеснили другие страждущие замены прав, получения номеров и переоформления автомобилей.
Пожав плечами, я глянула на свои права и уже собралась идти, но тут меня снова окликнули:
— Вера!
Я тут популярна!
— Ой! — настало мое время удивляться. — Привет, Слав!
А вот его я не постеснялась обнять. Ведь не будь Славы и нашего рокового столкновения, черт знает чем закончилась бы история с Филиппом. Я бы испытала его любовью в другой день, а он пропал бы навсегда.
Или нет.
— Привет, привет. Вот, оформляю свою Альпину… — он нежно погладил папку с документами с логотипом Московского Правительства.
— Совет да любовь! — фыркнула я.
После того, как я рассказала Филиппу, как оказалась в компании эскортниц и что вообще произошло в момент моего эпохального признания, он купил Славе загаданную новую «бэху» вообще без звука. В максимальной комплектации со всеми наворотами.
— И тебе, Верунь, и тебе, — хмыкнул он. — Я же тебе говорил, что все будет хорошо. Я вообще везучий. Вот ты в меня вмазалась — и получилось, что к добру!