– Но это ведь несправедливо по отношению к коровам, вам так не кажется? – воскликнула она. – Не говоря уж о фермерах. На наших землях живут такие милые фермеры! Они всегда показывают что-нибудь интересное на празднике урожая. А к Рождеству мы покупаем у них чудесный окорок. Вы же пытаетесь оставить их без работы. Это довольно гадко с вашей стороны, Оливер.
– Вот видите, – Алекс игриво качнул вилкой, – теперь она завелась. И кстати, она права. Мне кажется, вы недостаточно хорошо все продумали.
Продолжая тщательно жевать, я взглянул на Оливера, на его реакцию, и, к моему удивлению, он оставался совершенно спокойным и расслабленным. Недаром же он был адвокатом. Наверняка у него большой опыт по части вежливого общения с богатеями.
– Я не стану скрывать, что глобальные изменения в области питания способны вызвать куда более серьезные экономические сложности, чем кажется на первый взгляд. Однако большая часть мясной продукции, которую мы сегодня потребляем, производится отнюдь не теми фермерами, о которых вы говорили, а агрокультурными комплексами, представляющими серьезную угрозу для сельских районов.
Последовала долгая паузу.
– Ох, – проговорил Алекс. – Наверное, я был не прав, и вы все отлично продумали. Я еще не говорил, что он ужасно умный?
Миффи кивнула.
– Да, он замечательный. Алли, мне кажется, ты выбрал чудесного фиктивного парня.
– Подождите! – Я едва не подавился кусочком теста. – Он мой фиктивный парень, а не Алли… то есть Алекса! Мой! И мне кажется, мы не должны больше говорить вслух слово «фиктивный», иначе можем спалиться.
Алекс вернулся в свое привычное растерянное состояние.
– Ты точно уверен? Потому что я помню, что это была моя идея.
– Да, это была твоя идея, чтобы восстановить
– Как жаль! – Миффи доела свою говядину и решила совершить набег на тарелку Алекса. – Алли и Олли так замечательно ладят друг с другом. А их пару можно было бы называть Олливандер… только я вот не помню, где я уже слышала это слово.
– Кажется, – предположил Оливер, – так звали мастера, который изготавливал волшебные палочки в «Гарри Поттере»?
Неожиданно Алекс радостно взвыл.
– Точно! Как же я сразу не догадался? Я ведь прочитал всю серию тридцать восемь раз. И не специально. Просто когда я заканчивал читать, я забывал, как все начиналось. Единственная книга, которую я прочитал еще больше раз, это «Государство» Платона.
– Мда, – я попытался поймать взгляд Оливера, но ничего не вышло, – я даже могу представить себе, как эти два фэндома пересекаются друг с другом.
Алекс продолжал улыбаться так широко, словно ему в рот вставили вешалку.
– У меня с «Гарри Поттером» связаны такие приятные воспоминания! Когда выходили фильмы, мы с ребятами из колледжа ходили все вместе в кино, садились в первом ряду и кричали: «Дом!» всякий раз, когда на экране появлялась наша старая альма-матер.
Это был тот самый случай, когда без специального словаря мажоров трудно было что-то понять. Откуда в фильмах про Гарри Поттера взялся дом Алекса?
– О, – сказал Оливер, который, вероятно, изучил словарь мажоров от корки до корки еще в четырехлетнем возрасте, при этом вид у него был весьма заинтересованный, жаль только, он смотрел в этот момент не на меня, – так вы учились в колледже Церкви Христа[38]?
Ну вот, теперь хоть что-то стало понятно. Хотя мне казалось, что если кто-то из моих знакомых и мог бы учиться в Хогвартсе, то точно Алекс.
– Да, за все мои грехи. Как и мой батюшка. Как, кстати, и матушка. Это вроде семейной традиции. А мой прапрапрапрапрапрапрапрапра… – Алекс принялся отсчитывать их, загибая пальцы, – …прапрапрапрапрапрапрапрапрадедушка однажды здорово надрался в компании кардинала Вулси. Разумеется, еще до того, как его отправили в изгнание. После этого уже никакого веселья не было.
Оливер по-прежнему держался с большой учтивостью. Вежливый негодник.
– О нет, я даже представить себе такого не могу.
– А что насчет вас? Вы учились в другом месте, не так ли? Это многое объясняет.
Миффи толкнула его локтем.
– Я хотел сказать, – быстро добавил Алекс, – это объясняет ваше вегетарианство. А не гомосексуальность.
– В Ориеле[39].
И снова они заговорили на непонятном мне языке. Я только что понял, что под «домом» Алекс подразумевал Оксфорд. Однако где находился этот Ориел? Может, в аду? Если так, то «Привет, здесь чудесная погода». А вообще, судя по звучанию, мне казалось, что «ориел» – это название либо певчей птицы, либо какого-нибудь печенья. Что тут вообще происходило?
В этот момент я особенно ясно осознал, почему при нормальных обстоятельствах человек вроде Оливера никогда бы не стал встречаться с человеком вроде меня.
Алекс одобрительно кивнул.
– Хорошее местечко. Знаю много чудесных ребят из Ориела. Большинство из них регбисты. Вы тоже играете в регби?
– Нет, – ответил Оливер. – Я был слишком сосредоточен на учебе. Боюсь, что в колледже я был довольно скучным типом.
– Ты и сейчас скучный, – пробормотал я себе под нос, возможно, чуть громче, чем следовало.
Зато, наконец-то, Оливер удостоил меня взглядом. Но совсем не тем, каким мне хотелось бы.
