Будь она одна, это бы многое меняло. Она бы не покинула это здание навсегда, чтобы вернуться назад и найти другой след, не сейчас, она бы постаралась затаиться и выяснить, кто здесь спрятался и что делает, выждать, положиться на выносливость и терпение, но с ней ее брат, и он все больше терял над собой контроль. Будь у Марка арбалет, она бы могла рассчитывать на внезапную атаку с Кроликом, но она уже знала, что такое ружье, и Марк, к сожалению, умел им пользоваться.
– Нам надо… ждать… – прошептала она. – Темноты.
Кролик шумно задышал, глаза выпучились, по подбородку потекла ниточка слюны. Его сестре не понадобилось ни одного слова – она все поняла: этого чокнутого уже не остановить. Какая там ночь?
Она вспомнила недавнее прошлое, когда, гаркнув, могла вынудить его делать так, как считает нужным, по крайней мере, как правильнее. Или как требуют от него родители. Сейчас она сама была в таком же состоянии, как и он, – она рвалась к мужчине, он – к женщине. Причем она еще могла сомневаться в своем желании: Адам уже был с женщиной и даже после близости с Куницей сбежал со своей возлюбленной. Кролик же стремился к той, которая его даже не видела. У него больше шансов, больше стимула. И еще он – мужского пола, и как говаривала раньше тетка, тот, у кого пенис, думает гораздо хуже, чем тот, у кого его нет.
Куница схватила брата за локоть.
– Стой… Хорошо… мы пойдем, но… дай подумать, как лучше.
Он замер, ноздри раздувались, взгляд не задерживался ни на одной точке, его била дрожь. Он сейчас не помощник. Куница потянула его за собой вниз.
– Надо проверить другие подъезды. Вдруг там можно подняться на крышу?
Они потеряли какое-то время и с сожалением убедились в существовании единственного входа на крышу через средний подъезд. В крайнем подъезде она выглянула из бокового окна, проверила стену и признала, что взобраться на крышу без веревки и крюка нереально. При этом она еще не знала, что их ждет, когда они поднимутся. Кто там и что задумал?
Она попросила Кролика подождать на середине подъема, присела на ступеньку, восстанавливая дыхание. Кролик остался стоять, глядя на нее широко раскрытыми глазами. Он даже на минуту присесть не захотел. Такой не согласится идти в соседние дома на поиски чего-то подходящего, что позволит им подняться другим способом.
Они поднялись наверх, медленно и бесшумно одолели последнюю лестницу. Она сжала локоть Кролика, и они выждали еще немного. Она убедилась, что ничего не меняется – тишина, движения нет. Пока они проверяли другие подъезды, в среднем тоже не было движения – она поняла это по запахам. Уверенность, что Адама здесь нет, стала почти полной. Что ж… ей надо выяснить, кто же здесь есть, не только ради брата, ради себя тоже – она поймет, где можно искать Адама.
Она высунула голову, осмотрелась. Никого. На крыше было пустынно, только мусор, глубокие борозды, мелкие обломки и тонкий слой песка. Самолет привлекал внимание, но Куница осмотрела другие части крыши. Кролик, возбужденный, едва не вырвался вперед, но она успела схватить его за руку.
– Стой… – в ее шепоте было не меньше эмоций, чем в крике.
Он замер. И смотрел только на самолет. Куница решила, что все, кто тут находится, могут прятаться только внутри этого странного сооружения, больше просто негде.
Если она с Кроликом пойдет туда, они окажутся на виду, беззащитные, негде укрыться, если противник появится и откроет стрельбу, они будут в проигрышном положении. Конечно, она держала арбалет перед собой, целилась в окна сооружения. То же самое делал Кролик, хотя шаги совершал значительно шире сестры, смещаясь вперед.
– Не спеши…
Она отстранилась от него, чтобы мишени для потенциального стрелка стали сложнее. Откуда Марк – если это он? – будет стрелять? Где вход в этого крылатого монстра? С другой стороны? Закричать, вызывая их, чтобы хоть что-то сделали в ответ?
Она остановилась. Ей показалось, что она уловила движение в одном из круглых окошек, правда, все быстро исчезло, будто она ошиблась. Какая она дура, что вышла сюда с Кроликом, не дождавшись темноты. Кажется, она сейчас думает не лучше того, у кого пенис. Тех, кто прячется, нужно было брать измором.
Пока она стояла, Кролик продолжил идти.
– Стой, – сказала она.
Он не остановился.
– Назад, идиот. Сейчас же.
Бесполезно. Он сближался с самолетом, с каждым шагом превращаясь во все более удобную мишень.
И Куница заметила.
В одном из окошек не было стекла. Она увидела дуло ружья. И запах Марка стал четче. Он был там, в этом крылатом монстре, с оружием более опасным, чем то, чем владел Кролик, и при этом Кролик не видел его.
Куница метнулась к брату, просто сбила его, бросившись под ноги. Кролик по-дурацки вскрикнул, взмахнул руками, хотя арбалет не выронил. Одновременно прозвучал выстрел. Вскакивая, Куница уловила горячий воздух и специфический запах пули, пролетевшей так близко от их тел, запах расплющившегося о поверхность крыши заряда.
Она схватила Кролика за руку, рывком подняла.
– Уходим…
