Марк погрузился в воду, достигнув верхней части проема между двумя опорами Башни, нащупал толстый трос в темной воде, пробрался по нему по другую сторону проема, обнаружил катамаран, прижатый к внутренней стене опоры, нашел груз – железная болванка овальной формы с прицепленным к ней якорем, – державший катамаран, повозился и отцепил его. Один рывок, и Марк вытолкнул катамаран из-под опоры наружу.
В последнее мгновение Марк ухватился за нижнюю перекладину, соединявшую две части корпуса, и катамаран, рванувший на поверхность, потянул его за собой. Марк выскочил из воды, как прицепившаяся пробка, довольный собой, улыбающийся. Получилось! Он сомневался, когда задумал спрятать катамаран таким способом, не был уверен, что просто не утопит его или не задохнется сам при попытках закрепить его под водой с помощью груза. За это он получал собственную возможность покинуть Башню при любых обстоятельствах. Сначала он подумывал отвести катамаран к ближайшему комплексу многоэтажек, наполовину торчащих из воды – там он оставил лодку, – и вернуться вплавь, но это выглядело очень-очень опасным: любая внезапная волна перечеркнет все, если даже у плывущего будет еще достаточно сил.
Борис, держась за перила, смотрел на Марка и, убедившись, что тот невредим, широко заулыбался. Даже Стефан перестал трястись, вжимаясь подбородком в худую грудь, приподнял голову, глядя на Марка сквозь прутья балкона. Еще бы, Марк сейчас – триумфатор.
– Как это ты… как ты это сделал? – спросил Борис.
– Готовь шмотки. И помоги болвану спуститься.
Вскоре они уже были на катамаране. Стефана, как мешок, уложили посередине, между двух сидений, ему было неудобно, ноги соскальзывали, и он вновь затрясся, пытаясь уткнуться лицом себе в грудь. Марк похлопал его по спине, скорее успокаивающе, чем издевательски, и Стефан замер, как маленький несчастный зверек на привязи.
Борис, поморщившись от боли, попытался вращать ногами, чтобы помочь Марку, но он лишь мешал.
– Не дергайся! – Марк был недоволен: брат ничем не поможет и обвинить его ни в чем нельзя – нога болела, это было выше его сил.
Борис оглядывался по мере удаления от Башни, и это стало раздражать Марка.
– Хватит пялиться назад. Так боишься, сукин сын? Если охота – плыви назад, пока еще можно.
Марк захохотал, довольный шуткой. Борис присоединился к нему, хотя смех был вынужденным и неестественным.
Волна возникла из ниоткуда, во всяком случае, признаков появления бури они не заметили, и казалось, что из воды вынырнуло гигантское существо. Она сбросила Бориса с катамарана, и он, упав в воду, заорал.
Буря застала их в самый последний момент. Случилось это лишь потому, что перед «Космосом», когда бледно-коричневая с рыжиной громадина уже нависала над ними, Адаму пришла идея подстраховаться.
Он предложил сменить место предполагаемой ночевки и убраться из «Космоса» в один из близлежащих домов. Для надежности. Пусть даже Марк еще долго не сможет покинуть Башню, если такое вообще произойдет, они будут уверены, что их никто не застанет врасплох.
Диана идею одобрила: она уверена, что Марк что-нибудь придумает и преследование – вопрос времени. Тамара ничего не сказала, она по-прежнему тоскливо смотрела в сторону Башни, у Нины ничего не спрашивали. Адам, еще раз изучив Башню в бинокль, напомнил о запасе продуктов в «Космосе». Он решил, что девушки останутся в лодке, он все принесет сам. Диана не возражала.
Из Башни «Космос» выглядел игрушкой, вблизи надводная часть поражала мощью. Адам в который раз поразился, какую иллюзию привносит расстояние, как оно ненадежно, лживо.
– Я быстро, не волнуйтесь. Будьте настороже.
Как-то на вопрос Адама, есть ли другие люди, кроме них, отец ничего конкретного не сказал, лишь пробормотал, что даже в Башне нужно быть ко всему готовыми, что уж говорить о других зданиях.
Лодка ткнулась носом в стену в двух метрах от ближайшего окна. Покосившись на пустые глазницы окон с обеих сторон лодки, Адам забросил веревочную лестницу с крюком на конце. Лестница зацепилась с первого раза. Адам полез в оконный проем, где оставались осколки стекла. Все молчали.
Задержавшись в оконном проеме, Адам прислушался, изучил небольшое помещение, дно которого устилал всякий хлам. Было тихо. Запах показался слишком специфическим, чтобы с чем-то сравнить.
Адам оглянулся.
– Диана… на всякий случай отплывите, немного. Мало ли…
Диана кивнула, села за весла. Несколько взмахов, и лодка оказалась на расстоянии от стены. Адам махнул Диане рукой, скрылся внутри.
Он надеялся, что память его не подведет, хотя внутри здания произошло что-то странное: минуту он вообще не мог ничего вспомнить, хотя, пока плыли, он минимум два раза «проверял» внутренним взором маршрут. В странном пугающем беспамятстве он вышел из помещения, прошел по коридору к лестничным пролетам, и только здесь что-то вернулось. Адам почувствовал, как расслабляется.
