Четверть часа было тихо, Марк не смотрел на брата – тот вызывал желание дать ему затрещину. «Космос» приближался. Казалось, Марк ощущал его спиной, ему не надо было оборачиваться, чтобы убедиться в этом.
Лодка вошла туда, где когда-то была территория гостиницы «Космос», Марк перестал грести, обернулся. Несколько минут, пока лодка не остановилась, он прислушивался, всматривался в оконные проемы мрачного здания, притихшего, затаившегося, как нечто хищное. Башня в сравнении с ним казалась чем-то светлым, родным, удобным, как кресло, в котором человек привык проводить вечера, глядя вдаль. Такого кресла у Марка не было, но сравнение ему нравилось.
– Сядь за весла, – сказал он Борису. – Греби бесшумно. Не мешай слушать.
Борис закивал, и у него получилось грести тихо. Стефан приподнял голову, открыл глаза и, щурясь, смотрел в небо.
Марк достал ружье. Никогда не знаешь, что ждать от противника, и Адам пару раз Марка удивлял. Один прыжок с парашютом чего стоит. Ублюдок не смог убраться вместе с девками, но это его не остановило. Безоружный, отступая все выше и выше, он все же удрал. Кто знает, не приготовил ли он что-нибудь неприятное и здесь? Насколько Марк помнил, Адам неплохо швырялся камнями – была у них в детстве такая забава, прежде чем ненависть друг к другу и соперничество не отдалили их.
Камень, брошенный с расстояния, пробьет череп будь здоров. Марк подумал, не взять ли щит, который остался привязанным на катамаране, но решил, что сейчас не время отвлекаться.
«Космос» навис над лодкой и катамараном. Марк вращал головой, чтобы охватывать взглядом все. Лодки беглецов нигде не было. Спрятали? Или она с другой стороны? Не обогнуть ли здание? Есть и другой вариант, более верный. Высадиться самому и отправить лодку вокруг, связав руки Стефану на всякий случай.
Лодка ткнулась носом в стену. Отпрянула, ткнулась, прижимаясь к стене боком. И сквозь это шуршание дерева о стену Марку послышались смутные, едва уловимые звуки. Которые могли быть порождены воображением.
Звуки напоминали чьи-то удалявшиеся шаги.
Солнце опустилось, и тьма, несколько минут назад еще слабая, захватила окружающий мир с жадностью всесильного прожорливого существа. Тишину нарушал плеск волн о стену высотки – отголосок недавней бури.
Адам потер глаза, глядя в сторону «Космоса». Здание превратилось в расплывчатый черный кусок на фоне темно-серых сумерек, и то лишь благодаря заходящему солнцу его можно было видеть. Где же Марк и Борис? Не добрались до «Космоса»? Все еще в Башне? Или беглецы их не заметили? Был также вариант, что Марк что-то почувствовал и не направился к «Космосу». Затаился где-то и ждет. Адам бы не удивился.
Он зевнул. Надо будить Диану. Не зря она настаивала, что будет дежурить первой. Подумав о ней, Адам вспомнил, как страх переполнил ее голос, когда волна, четвертая и последняя, сбросила Тамару в воду. Долгие-долгие секунды казалось, что вода поглотила сестру и она не всплывет, Адам уже собирался прыгать. Затем показалась голова Тамары, одной рукой девушка схватилась за борт лодки, и Адам втащил ее.
В тот момент они еще не знали, что буря кончилась так же внезапно, как и началась, – это было неподвластно никаким расчетам. Единственная закономерность заключалась в том, что чем дольше буря готовилась – хмурилось небо, усиливался ветер, дольше шла тревожная рябь по воде, – тем продолжительнее она могла неистовствовать, хотя и здесь бывали исключения.
Не зная, что их ждет, Адам бросился к трубе, попытался вытащить Нину: он испугался, что сестру выбросит за борт вместе с трубой. Нина уперлась ногами в косяк дверцы, забилась в истерике. Адам выпустил ее, осознав, что тратит время, прыгнул за весла, погреб. Высотка была рядом – лодка шла прямо в окно, надо лишь подтянуться и попасть внутрь, даже лестница не понадобится. Адам греб, требуя, чтобы девушки вжимались в дно, держались обеими руками. Ткнувшись носом лодки в стену, Адам понял, что буря ушла.
Они забрались внутрь, обнаружили в маленькой комнатушке сухой пол, отсутствие каких-либо следов человека, минимум мусора и мертвую тишину. С Ниной пришлось помучиться, но, даже понимая, что бури в ближайшее время не будет, девушку нельзя оставлять в лодке. Кое-как Диана успокоила ее, подхватила на руки, с помощью Адама Нину внесли в здание, где с головой укрыли пледом. Следом внесли вещи.
Адам какое-то время следил за «Космосом», придерживая лодку за веревку. Внезапная волна могла отбросить ее, потопить, повредить о стену, чего нельзя допустить – это равносильно смерти. Когда девушки успокоились и водная гладь разгладилась, он решил прятать лодку.
– Пойду наверх, – сказал он. – Я проверю верхние этажи, потом спрячу лодку. Оставайтесь здесь. Диана, пусть кто-то следит за подступами к «Космосу».
– Хорошо. Иди, не волнуйся.
