— Выход есть, всегда! — убежденно заявил Дмитрий. — Уразумей меня, Ловчий! Ты украл дорогого мне человека и отдал злодеям!
Люди, велевшие тебе похитить княжну, явно не желали ей, добра! И беды, кои станутся с Эвой, будут на твоей совести! Сколь бы ни зачерствела твоя душа, я не верю, что в ней нет сострадания к невиновным!
Тебе довелось испытать много боли, но сие не значит, что и ты должен причинять боль другим. У каждого есть выбор: нести зло в мир или же препятствовать ему…
Вины Эвы в твоих бедствиях нет. Так почему она должна платить, за чужие грехи? Ответь мне!..
И вот еще о чем подумай. Мы можем у тебя пыткой вырвать признание, куда ты отвез княжну. Но я не хочу уподобляться туркам, силой обратившим тебя в свою Веру, и односельчанам, изгнавшим тебя с отчей земли.
Если в твоем сердце теплится искра божеской любви, ты поможешь мне найти Эву и вырвать ее из рук лиходеев!..
Ловчий молчал, задумчиво глядя на тлеющие угли. Он был готов к пыткам, но сказанные Дмитрием слова укололи его больнее, чем страдания плоти.
Впервые за годы плена и скитаний на чужбине кто-то взывал к его совести, а не к страху. В заскорузлой душе татя проснулось и заворочалось чувство вины, казалось, забытое им навсегда…
— Что притих? — встряхнул пленника Газда. — Али не расслышал сказанное боярином?
— Так уж и быть… — выдавил из себя Ловчий, впервые взглянув в глаза московиту. — Но сперва поклянись, боярин, что по возвращении княжны дашь мне свободу!
— Бога и душу ставлю в свидетели, что отпущу тебя с миром, если поможешь вызволить Эву из плена! — клятвенно заявил Дмитрий.
— Считай, что я тебе поверил! — молвил наконец тать. — Но помни: нарушишь клятву — гореть тебе в аду! Княжну я похитил по наказу младшего Радзивила!
После событий, произошедших в Поганине, Надира не знала, радоваться ей или горевать. С одной стороны, ее чудесное спасение от убийц подтверждало покровительство Аллаха, с другой, ненавистный московит вновь сумел избежать кары.
Расправившись с шайкой Дерябы, мстительница укрылась с луком в развалинах ратуши, ожидая появления из замковых ворот Бутурлина. Но чаяниям девушки не суждено было сбыться…
С рассветом в городе пробудилась жизнь. Первыми на сонные улицы вышли метельщики, убирающие следы ночных драк и гуляний, за ними потянулись ремесленники, спешившие занять свои места в лавках и торговых рядах.
С замиранием сердца Надира ждала мига, когда убийца Валибея окажется у нее на прицеле. Но время шло, а Бутурлин не спешил покидать цитадель Воеводы.
Прождав так несколько часов, мстительница покинула свое укрытие и двинулась к воротам замка. Чутье ей подсказывало, что московит намерен долго гостить у городского Владыки.
Единственное, что оставалось Надире, — это выманить боярина хитростью из цитадели. В том ей должно было помочь знание русского языка.
С младых лет ходившая в набеги на московские рубежи, Надира сносно владела речью неверных и при нужде могла поддержать с ними беседу. Посему она решила сказаться гонцом, посланным к Бутурлину Московским Владыкой.
Облаченная в мужское платье, не выдающее в ней татарку, со спрятанными под дорожный башлык волосами, она вполне могла сойти за юного московского боярина или дворянина…
— Эй, воины! — обратилась она по-русски к двум полякам с алебардами, стоявшим на страже крепостных ворот. — Я ищу боярина Бутурлина. Сказывают, он в замке вашего Воеводы!
— Может, и в замке! — ответил за них старший страж Марек, как раз выезжавший по службе из цитадели. — А ты что за птица, коли вопрошаешь о Бутурлине?
— Гонец Московского Государя, боярский сын Василий! — сходу придумала себе имя Надира. — Великий Князь кличет Бутурлина на Москву!
— Могу лишь посочувствовать Московскому Князю! — усмехнулся, надкусывая спелое яблоко, Марек, — Ты опоздал, гонец! Бутурлин уже покинул Поганин!
— Как давно?.. — упавшим голосом вопросила его дочь Валибея.
— Почитай, еще затемно… — ответил стражник. — Воевода уговаривал его погостить чуток, но боярин был непреклонен…
— Куда, куда он направился?! — выкрикнула раздосадованная новой каверзой московита Надира. — Говори же!
— Откуда мне знать? — недоуменно пожал плечами Марек. — Боярин о том никому не сказывал…
Но мне сдалось, что коня он направил на север. Если поторопишься, может еще догонишь!..
Не теряя зря времени, Надира дала коню плети и вылетела за городские ворота. Найдя нужный тракт, мстительница устремилась на север в отчаянной попытке настичь врага.
Едва она покинула город, в нем поднялась тревога. Объезжая Поганин, Марек наткнулся на дом, полный мертвых татей.
Едва ли старший стражник связал в уме гибель воровской верхушки с приездом юного московского гонца. Однако он поднял на ноги поганинский гарнизон в поисках убийц.
В первую очередь его люди связали и доставили к Воеводе воров, не пожелавших принять «покровительство» Владыки, но стражи хватали на улице и всех подозрительных, в первую очередь приезжих. Не успей Надира вовремя улизнуть из Поганина, она наверняка оказалась бы в их числе…
