– Чувак, ты чего? – Гриффин растерялся.
Келлан махнул в мою сторону. Я мигом расстроилась. Он что, якшался с этой особой?
Затем мне стало стыдно. Мы были просто друзьями. Я не имела на него прав. Какое мне
дело?
– А, Кира! Привет!
Гриффин сказал это, как будто не замечал меня до сих пор и не ляпнул ничего ни
грубого, ни обидного; так оно и было, наверное, на его взгляд. Он снова хлопнул Келлана по
плечу и направился к даме, так или иначе намереваясь сделать все, что мог.
Келлан выглядел дурак дураком. Ничего не добавив, он повернулся и пошел к своему
столу.
Оставшуюся смену я гадала, было ли у Келлана что-нибудь с той девицей.
Раздумывая, не была ли я просто еще одной в их веренице. Прикидывая, о чем таком не
уставали твердить женщины. Удивляясь молчанию Келлана после ухода Гриффина.
Недоумевая по поводу странного выражения его лица еще до появления басиста. Пытаясь
решить, не станет ли продолжение наших с ним игрищ полным идиотизмом. Не понимая,
отчего у меня весь вечер сосало под ложечкой. Не будучи в силах ответить, почему я тратила
столько времени на размышления о Келлане…
Ощущая себя не в своей тарелке, я попросила Дженни подбросить меня до дома – ее, а
не Келлана, который, конечно же, любезно изъявил готовность задержаться до конца моей
смены. Но перед выходом из бара он пару раз зевнул, быстро глянув на меня с легкой
улыбкой, и я заключила, что к моему приезду домой он уже будет спать, поэтому меня
несказанно удивило, когда Келлан, стоило мне переступить порог, потянул меня к себе в
комнату. Он явно дожидался моего возвращения.
Келлан спокойно притворил дверь и проказливо, единым плавным движением
прислонил меня к ней. Затем, придерживая ее с обеих сторон от меня, он стал подаваться
вперед, пока между нашими губами не пролегли считаные сантиметры. В этой позе он и
застыл, чуть приоткрыв рот и тихо дыша мне в лицо.
– Прости за Гриффина, – шепнул Келлан. – Его иногда вроде как заносит.
Он выдал умопомрачительную улыбку.
Я не могла говорить. Не могла придумать, что ответить. Мне хотелось спросить о
девушке, но томление сковало мое тело. Я даже не могла пошевелиться, чтобы оттолкнуть
Келлана, и оказалась притиснутой к двери, удерживаемой на месте его чувственным телом, –
мое же собственное выдохлось. Я ощущала передозировку своей же зависимостью. Он стоял
слишком близко, нестерпимо близко. Мне нужна была пауза, ведь слов подобрать я не могла.
– О чем задумалась? – прошептал он рассеянно, по-прежнему в нескольких
сантиметрах от моего лица.
Я попыталась заговорить, велеть ему отойти, освободить пространство, чтобы мысли
вернулись ко мне, но продолжала стоять в безмолвном оцепенении. Он здесь, вплотную ко
мне – и от него так хорошо пахло. Мое дыхание участилось, и он это заметил.
– Кира, о чем ты думаешь прямо сейчас? – Дыхание Келлана чуть тревожило мою
кожу, вызывая дрожь. – А, Кира?
Он смерил меня взглядом и плотно прижался ко мне. Я судорожно глотнула воздуха,
но слова так и не выговаривались. Его руки прошлись по моим плечам, достигли талии и
застыли на бедрах. Губы разомкнулись, а дыхание участилось под действием нараставшей
страсти, которая читалась в его глазах. Пытаясь замедлить свое, я приоткрыла рот. Нужно
остановиться, я должна высказаться…
– Кира… Скажи что-нибудь.
Его слова эхом повторили мои мысли.
Казалось, что долю секунды его глаза боролись с чем-то. Затем он ткнулся в меня
лбом, дыша приглушенно, однако с силой. Он втиснул колено промеж моих ног, устранив
последние зазоры между нами. С моих губ сорвался стон, но слова так и не складывались.
Издав горлом звук, Келлан закусил губу и запустил руки мне под блузку. Происходящее
перестало быть безобидным флиртом. В этом не было ни грана невинности.
– Пожалуйста… Скажи что-нибудь. Ты хочешь, чтобы я?..
Он резко и грубо выдохнул и, чуть пригнув голову, провел языком по моей верхней
губе, изнутри. Пальцы скользнули по лифчику, метнулись к шее. Я прерывисто вздохнула и
закрыла глаза. Издав еще один глубинный звук, он поцеловал все ту же губу и проник
языком в мой рот. Я вздрогнула и задохнулась, и вот он утратил всякий контроль. Притянув
меня за шею, он поцеловал меня по-настоящему, взасос.
Его губы, впившиеся в мои, заставили мое сердце учащенно забиться. Наконец я
обрела способность пошевелиться. Задыхаясь, я отстранила Келлана от себя. Это шло
вразрез с моими правилами и перестало быть невинным занятием. Но было поздно. Как бы
это теперь ни называлось, я хотела большего.
Келлан вскинул руки, как будто защищаясь от удара.
– Прости. Я решил… – прошептал он.
Шагнув к нему, я положила одну руку ему на грудь, другую на шею, привлекая его к
себе. Он замолчал и перестал дышать. Он даже в смятении отступил на полшага, прежде чем
я насильно вновь притянула его ближе. Тяжело выдохнув, я закусила губу. Я видела, как
паника в его глазах сменилась смущением, а затем – огнем, набиравшим силу. Отлично, он
