прежнему следил за каждым моим движением. Я постоянно ощущала на себе его
пристальное внимание. В известном смысле я предпочла бы лучше соударяться, чем
выдерживать эти взгляды.
Я старалась сосредоточиться на учебе, но погружалась только наполовину. Лекции,
все такие же интересные и побуждающие к раздумьям, захватывали меня не так, как раньше,
и я систематически отвлекалась. Я силилась больше думать о Денни. После клуба он
несколько воспрянул духом, из-за чего я чувствовала себя ужасно виноватой, но на работе он
так и продолжал влачить жалкое существование. Он прожужжал мне все уши своими
жалобами на Макса и его бессмысленные поручения, но я готова искренне признаться, что на
самом деле не слышала ни слова. Я постоянно уносилась далеко в своих мыслях. Я пыталась
сосредоточиться на Дженни и Кейт, сдружившись с ними крепче. Иногда мы встречались
выпить кофе перед работой, и они болтали о своих кавалерах. Не зная, чем поддержать такие
беседы, я слушала вполуха, улетая думами к Келлану.
Я даже попробовала сконцентрироваться на семье и стала чаще звонить домой. Мама
уловила мое настроение и немедленно стала приглашать меня приехать. Папа обвинил Денни
в том, что тот разбил мне сердце, когда покинул меня, но я заверила его, что он ошибается.
Это я разбила ему сердце, если уж на то пошло, когда списала со счетов за расставание со
мной, хотя он вовсе не собирался этого делать. А сестра… Пока я не могла с ней
разговаривать. Нет, я не злилась на нее, ничего такого. Мысленно я даже простила Келлана,
хоть и негодовала. Ну, может быть, не простила, но загнала воспоминания об этом на самые
задворки своего сознания. Но с Анной так не выходило. Мне был невыносим самый звук его
имени, слетавший с ее губ. Не сейчас… А может, и никогда.
Дни летели, и я обнаружила, что мне не хватает Келлана – его прикосновений, наших
мирных бесед за кофе, его смеха при пересказе какой-нибудь байки, пока он вез меня через
город. Я начала задумываться, не попытаться ли заново.
– Келлан, – сказала я негромко однажды утром, когда спустилась на кухню. –
Пожалуйста, не уходи. Нам надо научиться общению наедине.
Он помедлил и посмотрел на меня, в синих глазах стояла печаль.
– Лучше бы нам этого не делать, Кира. Так безопаснее.
– Безопаснее? – нахмурилась я. – Можно подумать, мы бомбы с часовым механизмом.
– А разве нет? – улыбнулся краешком рта Келлан, вскидывая брови. Улыбка
померкла, и он вдруг показался до крайности утомленным. – Смотри, что получилось. Я
никогда не прощу себя за те слова.
Я вспыхнула, обожженная ужасным воспоминанием, и опустила глаза.
– Перестань. Ты был прав. Чудовищно груб, но прав. – Я посмотрела на него
исподлобья.
– Кира, ты не… – поморщился он и шагнул ко мне.
Я перебила его, не желая возобновлять тот жуткий разговор:
– Разве нельзя немножко восстановить нашу дружбу? Общаться? – Я направилась к
нему, и между нами остался лишь шаг. – Дотрагиваться?
Келлан немедленно отступил назад, сглотнул и замотал головой:
– Нет, Кира. Ты была права. Мы к этому не вернемся. Глупо даже пробовать.
К глазам подступили слезы. Я вконец истосковалась по былому.
– Но я хочу. Трогать тебя, обнимать… и ничего больше.
У меня была ломка сродни наркотической. Я хотела очутиться в кольце его теплых
рук, положить голову ему на плечо – и все.
Усталые глаза Келлана закрылись, и он глубоко вздохнул, прежде чем открыть их
снова.
– Нет, нельзя. Обнимай Денни. Он хороший парень и подходит тебе по всем
статьям… А я – нет.
– Ты тоже хороший.
Я не могла не вспоминать, как он всхлипывал у меня на руках. Никогда не видела,
чтобы кто-нибудь так мучился.
– Это вовсе не так, – прошептал Келлан, выходя из комнаты.
Его слова эхом отдавались в моей голове, когда я сидела с Денни, пока тот собирался
на работу. Денни бодро поцеловал меня, надевая рубашку. Мне захотелось отпрянуть, а
потом стало стыдно за это желание. В моем несчастном положении не было вины Денни.
Помимо того, сколько времени он отдавал работе (а я постоянно напоминала себе, что он и в
этом не виноват), с тех пор как Денни вернулся, он вел себя безупречно. Он был сердечен,
мил, весел, обаятелен и неизменно старался сделать меня счастливой. Его настроение
оставалось практически ровным, а любовь и верность ни разу не пошатнулись. Я пребывала
в прочной уверенности насчет его чувств ко мне… С Келланом было не так. Так почему я так
переживала его потерю? И можно ли потерять нечто, тебе никогда не принадлежавшее? Я
обдумывала это, когда Денни присел рядом и ласково поцеловал меня.
– Эй, я прикидывал…
Я вздрогнула, осознав, что он обращался ко мне.
– Что? – переспросила я, заставляя себя вернуться в настоящее.
– Еще не проснулась? – усмехнулся Денни. Он покачал головой, надевая ботинки. –
Это не к спеху, ложись, поспи еще.
Он глянул на меня и тепло улыбнулся.
– Ты же не обязана вставать со мной каждое утро. Я знаю, ты поздно приходишь. – Он
