решили, что получили его одобрение, и, посмеиваясь над собой, быстро завершили
задуманное.
Когда в скором времени Дженни собралась уходить на смену, я поблагодарила ее за
то, что она разогнала мою хандру и помогла украсить дом. Она крикнула: «До свидания!»,
обращаясь к Келлану, и сверху донеслось: «Пока». Дженни махнула мне и вышла за дверь. Я
поспешила наверх, не вполне уверенная, что Келлану понравились обновления.
Его дверь была приоткрыта, и я увидела, что он сидит на краю кровати и смотрит в
пол со странным выражением лица. Озадаченная, я постучалась. Он поднял взгляд, едва я
открыла дверь шире, и жестом пригласил меня войти.
– Эй, извини за все это барахло. Если тебе не нравится, я все уберу.
Я виновато улыбнулась и присела рядом.
Он тоже улыбнулся и помотал головой:
– Нет, все отлично. Пожалуй, здесь было пустовато. – Он указал через плечо на
постер, который я повесила на стене. – Мне нравится… Спасибо.
– Ага, я так и знала, что ты оценишь…
Гадая, о чем он только что думал, я выпалила:
– У тебя все в порядке?
Он посмотрел на меня в замешательстве.
– Да, все хорошо… А что?
Внезапно смутившись, я не знала, что сказать.
– Ничего, просто мне показалось, что ты… Да ерунда, извини.
Какое-то время Келлан задумчиво рассматривал меня, как будто не мог решиться на
что-то. Я замерла под испытующим взглядом его темно-синих глаз. Внезапно он улыбнулся,
встряхнул головой и спросил:
– Ты голодная? Может, к «Питу»? – Его улыбка ослепляла. – Давненько мы там не
были.
Несмотря на ранний час, народу в баре оказалось прилично. Мы с Келланом заняли
обычное место, и Дженни, улыбаясь, подошла к нам, готовая принять заказ. Мы попросили
бургеры и пиво, и в ожидании я принялась изучать публику. Было довольно странно сидеть
на людях с Келланом, особенно в баре, где я работала. Любопытная Рита поглядывала на нас,
и я старалась не встречаться с ней глазами. Она, конечно, подумает худшее.
Но Келлан, похоже, чувствовал себя как рыба в воде. Он развалился на стуле, закинув
ногу на ногу, и наблюдал за мной. Я вдруг поняла, что меня весь день не было дома, потом
мы с Дженни украшали комнаты, и вот я в «Пите», а с Денни так ни разу и не поговорила.
Это настолько меня встревожило, что я чуть не попросила Келлана отвезти меня домой.
Он заметил неладное:
– Что-то случилось?
Осознав свою глупость и тот факт, что теперь, имея автоответчик, я могла бы слушать
голос Денни сколько угодно, если бы тот позвонил, я улыбнулась и пожала плечами:
– Да просто скучаю по Денни. Но со мной все в порядке.
Келлан обдумывал это с минуту, потом кивнул.
Дженни принесла пиво, и он молча припал к бокалу, все еще пытливо посматривая на
меня. Мне стало немного не по себе, и я была рада, когда вскоре она принесла и еду.
Неловкость быстро улетучилась, мы ели и по-дружески болтали. Сидели, лопали, трепались,
выпивали – не знаю, как долго, но в итоге мы оказались за столом не одни.
«Чудилы» явились к «Питу» ближе к ночи. Они присоседились к нам, даже не думая,
что их не звали. Я была не против. С ними было весело. Ну, может, с Гриффином в меньшей
степени, но я могла выносить его, пока он держался подальше от меня.
К счастью, он уселся рядом с Келланом за дальним концом стола. Конечно, он не
замедлил хлопнуть Келлана по плечу со словами «Круто, мужик», при этом таращась на
меня непотребнейшим образом. Келлан усмехнулся, а я закатила глаза. Мэтт сел рядом со
мной, а Эван взял стул и поставил его у края стола, устроившись там.
Дженни быстро принесла всем пива, и на тот вечер я стала пятым членом их банды.
Было занятно наблюдать за ними вблизи, а поскольку бар был набит битком, мне
представилась масса возможностей посмотреть на их общение с окружающими – в основном
с женщинами. Я обнаружила, что ребята по-разному держались со своими фанатками.
Конечно, все они флиртовали с поклонницами, даже спокойный Мэтт и милый Эван.
Каждый из них наслаждался мнимой звездностью, но по-своему и в разной степени.
На одном полюсе был Гриффин, который мог бы, по-моему, вести счет своим
победам, если бы сам знал их число, и ставить галочки на руках. Он трубил о своих
похождениях на каждом углу. Я находила это отвратительным и всячески старалась его не
слушать. Остальные же весьма по-мужски забавлялись его историями. Даже некоторые
женщины замирали и буквально пускали слюни, внимая его похабным россказням. Я почти
видела, как они мысленно представляют себя на месте случайных подруг из его баек.
Кроме того, казалось, что Гриффин участвует в каком-то странном соревновании с
Келланом. Он постоянно спрашивал, спал ли тот с одной или другой девицей. Келлан, к его
чести, был поразительно сдержан в своих откровениях. Он ни разу не ответил Гриффину
прямо. Он тактично менял тему, так и не сообщая, «оприходовал» ли он девушку или нет.
Вспоминая те дни, я признаю, что, даже если у него кто-то и был, я никого не видела.
