Князь осторожно, чтобы не звякнуло — подтащил к себе пистолет — пулемет. Убивать врага на скорости в пятьсот километров в час, сбрасывая бомбы легко — ты просто его не видишь. Гораздо сложнее — выстрелить в спину ничего не подозревающему человеку. Пусть даже это и враг. Пусть даже любой, кто здесь жил какое-то время знает, что эти полудикие племена делают с русскими, стоит только кому-то попасться.
Самонадеянный страж — видимо, почувствовал спиной чужой взгляд, пошевелился, начал поворачиваться. Это решило все — князь прицелился и резко, совсем не так, как учили, нажал на спуск. Оружие задергалось, залязгало в руках, пули рванули серую ткань на спине кочевника и тот стал заваливаться вперед и вправо. Рядом — одной длинной очередью выпустил все тридцать два патрона киргиз — следопыт.
Племенные — нападения совсем не ожидали: так и полегли под градом пуль сразу с двух сторон. Вышедшие на позицию слева остальные кыргызы — разрядили в цель свои Парабеллумы, стреляя так, как их учили в такой ситуации — до тех пор, пока есть чем стрелять. Племенные — попадали, кто в костер, кто рядом, из палатки — метнулась в темноту едва заметна серая тень. Оглушительно после тихой стрельбы, хлестко стукнула одиночным винтовка…
— Есть.
— Есть…
Оба они, не сговариваясь, начали менять магазины. Сменили — лучше иметь полный магазин, чем полупустой…
— Ну?
Прикрывая друг друга, они пошли вперед. Киргизы — стремительно перегруппировывались в темноте, чтобы отразить возможную атаку. Как и было уговорено для таки случаев — половина группы даже не смотрела на костер, чтобы не потерять ночное зрение…
У костра — было обычное зрелище быстрой и бесславной бойни. Кровь, кишки, паленое мясо, запах горелых волос, от которого мутило. Киргиз — следопыт — решил затоптать костер, но князь — отрицательно покачал головой — не надо. Киргиз кивнул и поднял стоящий у костра как пес на задних лапах пулемет Брен с длинным изогнутым рогом.
— Услышали? — спросил князь отвернувшись.
— Тут кругом палят — шепотом ответил следопыт
Оно и верно…
Князь зажмурил до боли глаза… он смотрел на костер, и от того сейчас, когда он смотрел в темноту — то не видел ничего кроме темноты. Но надо было проверить палатки, и он, немного проморгавшись, шагнул к первой из них. Вскинул оружие, прострочил короткой очередью первую, потом вторую.
Сунулся в первую — там не было ничего, кроме какого-то мешка… местные привыкли спать на земле, им спальников и плащ-палаток не надо. Сунулся в мешок… и замер, цепенея от ужаса. Подтверждая догадку, распорол бок — так и есть. Брикеты взрывчатки, похожие на бруски хозяйственного мыла. Какая-то детонирует от пуль, какая-то нет. Был шанс это выяснить, если бы сдетонировала — все на Луну бы уже отправились…
Немного придя в себя — князь вытащил мешок наружу, сам сунулся во вторую палатку. Там тоже ничего нет — только распаханный ножом бок, да в раскрытом рюкзаке — пробитая пулей рация армейского образца. Князь поднял гарнитуру, приложил к уху — тишина. Разбил.
Вытащил и рацию на свет огня. Двое кыргызов — притащили и бросили застреленного снайпером беглеца. Князь присел на корточки, вгляделся. Местный, явно не англичанин. Только вот на рации умеет работать — вон, на пальцах следы чернильного карандаша. Местные на рации работать не умеют, для них это «от шайтана».
Пошарил в карманах. В одном — нашел карандаш, записную книжку, исписанную наполовину и использованный наполовину шифроблокнот. Отрывные страницы с одноразовыми шифрами на каждом. Примитивно, но довольно надежно. Последнее донесение — он уничтожить не успел.
— Эфенди…
Еще один кыргыз — поднес что-то вроде сумки: при обучении их учили обращать внимание на любые бумаги, какие они найдут, вне зависимости от того, что написано. Князь открыл сумку, мельком посмотрел. Самодельные карты, обозначения многие вручную и явно военные. Настоящий клад.
Князь показал нашедшему кыргызу большой палец, спрятал блокнот с шифрами и сумку с картами в свой рюкзак. Бросил в догорающий костер разбитую рацию, предварительно отрезав с нее гарнитуру — чтобы с гарантией не починили. Показал на пулемет и на мешок со взрывчаткой
— Это с собой и уходим. Остальные пусть идут за нами…
Далеко они не ушли. Поднимаясь вверх — оны вышли на тропу, услышали голоса.
В два автомата — срезали несколько человек, продвигавшихся по тропе к лагерю. Кто-то, покатившись по склону, во весь голос заорал, протяжно и жутко.
— Аллаху Акбар!!! — заорали впереди.
— Маяк! Маяк!
Толкнув растерявшегося — несмотря на все тренировки — офицера ВВС, князь сам стал активировать маяк, укрепив его на тропе, за камнем.
Разом — загремели винтовки и автоматы, им — раскатисто ответил БРЭН. Пулемет — в горах был серьезным козырем при любом раскладе.
