— Что с вами, дорогуша? — повторил вопрос председатель, заботливо подоткнув край одеяла.
Деваться было некуда. Свиновод посмотрел на посетителей более осмысленно и с тяжелым вздохом сообщил:
— Сотрясение мозгов.
— Это верно, — язвительно прокомментировал Мирон Мироныч. — Мозга у него с кулачок, об стенки головы стукается, вот сотрясение и вышло.
Цап недобро покосился на соседа и упрямо сказал:
— Сотрясение мозгов. Тяжелой степени. Шел, шел и вдруг — шлеп! Аж искры из глаз. Несчастный случай, словом.
— Афанасий Ольгович, — заговорил Потап доверительным тоном, — а вы это не специально? Может, вы решили тайком от коллектива отколоться?
— Специально! Специально! — не унимался Коняка. — Он еще в детстве об меня тайком козявки вытирал и никогда не признавался. Такой гад!
— Да вы что, начальник! — заволновался Цап. — Я нечаянно…
— Вот видите, что я говорил! — вставил баптист.
— Нечаянно я, падлой буду! — клялся пострадавший, неожиданно перейдя на тюремный жаргон. — Я чуть копыта не откинул, в натуре!..
— Ладно, ладно, не брызгайте слюной, — принялся успокаивать его Потап. — Я вам верю. А ваш несчастный случай засчитаем как производственную травму. Получите больничный. А насчет копыт — это вы погорячились. Впереди у вас еще много подобных событий. Жить вы будете долго и интересно. Ну что ж, поправляйтесь поскорее и приступайте к работе. Я вас жду завтра. Или нет — так и быть, приходите послезавтра.
— Врач сказал, что лежать нужно не меньше двух недель, — произнес Афанасий Ольгович извиняющимся тоном.
— Ничего, это ерунда, с врачом я договорюсь. Завтра же будете на ногах.
— Нет, врач сказал, что это может быть опасно для мозгов.
— Поверьте мне, для ваших мозгов это не опасно.
— Раньше двух недель не встану, — упрямо повторил свиновод и, как бы в подтверждение своих слов, закатил глаза и вновь принялся за старое. — Сестра-а… Сестра-а.
Потап внимательно посмотрел на больного и понял — раньше чем через две недели тот, действительно, с постели не встанет. Несмотря на сотрясение мозга, Цап прекрасно понимал, где ему грозит большая опасность.
— Ну что ж, прощайте, — сказал председатель с сожалением. — Берегите себя. Не лежите на сквозняке — гланды воспалятся, и, когда вас хватит аппендицит, вы не сможете призвать кого-нибудь на помощь и так и умрете. А ведь вы еще нам очень нужны. Партия приготовила для вас особое задание — террористический акт. Вы зачислены в ударную группу. Поздравляю.
Афанасий Ольгович стал хрипеть и тянуть куда-то вперед дрожащие руки. На этот раз он не притворялся.
