В первое мгновение у Потапа отлегло от сердца — вождь по-прежнему стоял на постаменте. Но опасность сохранялась — покупатели памятника тоже были здесь. Чекист узнал их сразу.
Их было трое. Двое спортивного вида молодцев, похожих на скандинавов, стояли с Харчиковым, слушали его речи и лениво потряхивали головами. Третий дремал за рулем старенького "форда". Из переулка выступала кабина и стрела автокрана.
— Да, основательно подготовились, — заключил бригадир, останавливаясь и переводя дыхание.
— Что будем делать? — озабоченно спросил Тамасген.
К Мамаю вернулась его обычная решительность, в глазах появился холодный неуязвимый блеск. Поиграв желваками, он твердо сказал:
— Если они такие же старатели, как и мы, — предъявим им ультиматум: или делим куш по справедливости, или мы поднимаем шум. Если же они простые проходимцы, то… то тоже предъявим ультиматум: или они тихо покидают нашу территорию, или будут прорываться из нее с боями. Короче, как говорят саперы, ситуация пока контролируется.
Посовещавшись, приятели двинулись к иностраннцам. Прежде чем они сошлись, Харчиков подскочил к председателю и увлек его в сторону.
— Мы вас давно ждем, — зашептал сбытчик страстно. — Где вы были? Печать взяли? Все готово! Я провел переговоры. Партнеры согласны на наши условия, платят наличными. Дaвайтe обсудим вашу личную долю…
— Кто такие? — спросил Мамай ледяным голосом.
— Иностранцы. Один, тот, что в машине, поляк, кажется. А те двое белобрысых — эстонцы или литовцы…
— Какие ж это иностранцы, — заметил чекист, не глядя на соратника. — Это же наши бывшие братья по разуму. Тоже мне дельцы теневой экономики. А ну, идем.
— Погодите! А как же ваша доля? Сколько вы хотите? — суетился Христофор Ильич.
Потап его не слушал. Втянув голову в плечи, он кошачьим шагом приблизился к конкурентам. Должно быть, не ожидая увидеть в этих краях негра, иностранцы тем временем рассматривали Тамасгена. Эфиоп вел себя молодцом и к их недоумению относился с пониманием. Чекист, воспользовавшись заминкой, быстро похлопал незнакомцев по бокам, там, где могли быть пистолеты, и негромко сказал:
— Здравствуйте, товарищи. Вы из Главного управления? Какой отдел, шестой или седьмой?
Конкуренты были не вооружены, и провокационный вопрос их нисколько не смутил.
— А? — вздрогнули они и перевели заинтересованные взгляды на Потапа.
— Ничего, это я так. Проверочка, — буркнул председатель, подавая руку.
— Аарвидаас, — представился первый белобрысый.
Второй никак не назвался, но руку сжал очень крепко.
