Мне стало стыдно, что я почти ничего не знал и об истории своей страны, своего края, своего народа. Такое недопустимое невежество нужно было сразу же исправить по прибытии домой. Но на тот момент я был не дома, и у меня на руках были все козыри: пропуск в библиотеку, словарь и чудо-фигурка, объясняющая реальность. И изучение языка переросло в изучение истории той местности.
Первым усвоенным из книг было то, что народ, населяющий данную местность, как, впрочем, и любой другой, имеет очень древние корни. Государство, старые обломки которого я наблюдал то тут, то там по городу, было весьма успешным до момента наплыва орд Чингисхана. Волна неимоверной силы смыла былое величие этой нации, которой так и не суждено было возродиться до прежнего уровня. Нужно отдать должное: сила здешних мест повлияла и на распространение татаро-монголов далее на север и запад, поумерив их пыл, но с того времени эти территории постоянно находились под чьим-то чужим влиянием – иногда из-за невозможности противостоять более могучим государствам, иногда из-за тактических просчетов правителей данных мест. Удивительно, что они смогли до сих пор сохранить свою самобытность и культуру.
Пробел по знаниям был только в области последних двух десятков лет, вернее, всё написанное о том периоде совершенно не стыковалось с увиденным мной вокруг, а потому не воспринималось как правда. Конечно, мое мнение на этот счет – всего лишь мнение обычного человека, бегло изучившего окружение и не вникшего в культурные ценности и традиции. Но и составлено оно было только для себя и только с целью как-то попытаться вписать поведение людей в рамки логичного объяснения. Пытливое сознание делало решение ребуса важным, ключевым для понимания каждого отдельного человека и необходимым для собственного развития.
Чтобы переваривать потоки информации, одной работы грузчиком было мало. Нужно было отдыхать и периодически отвлекаться от мыслей. Способы развлечения Валика мне были не особо интересны, да и не по карману, и я придумал новую игру, а впоследствии привлек и его к ней. Мы готовили пищу порознь, каждый для себя. Валик сказал мне, что АА подворовывает вкусные продукты, если их оставить на кухне. И этим хотелось воспользоваться. Готовилось ароматно пахнущее на всю квартиру блюдо, и его часть оставлялась на кухне. Нужно было делать ставки, сколько АА вытащит и съест, прежде чем лечь спать. Игра получалась очень увлекательной, мы видели, как эту забавную зверушку терзают постоянные сомнения. Как она не находит себе места, мечась по комнатам и периодически бегая на кухню потянуть ещё кусочек. После каждого посещения кухни её обезьяньи глазки выпячивались с вопросом «ой, что это я делаю?!»; потом гримаса переходила в довольное «и так сойдет», а через каких-то там минут пять снова превращалась в молящее «ну ещё бы хоть малюсенький кусочек».
Ради тотализатора с АА Валик даже готов был пропустить свою очередную гулянку, и оставался дома насладиться властью над маленькими убогими демонами нелюбимой им старушки. В ожидании, кто выиграет на этот раз, нам приходилось вести беседы, делая вид, что мы не замечаем бурю эмоций, бушующих рядом. Как оказалось, Валику действительно было глубоко плевать на учебу. Причем он без особых усилий мог бы быть и отличником, и лучшим студентом, но зачем?
– Диплом на выходе все получат одинаковый: и те, кто зубрил по ночам, и те, кто получил минимально проходные баллы, а вкладыш с оценками никого через пару лет и не заинтересует, – говорил мне он.
– А как же знания, как потом без них? – удивлялся я.
– Ты как с другой планеты, Филипп. Практически ни один студент из окружающих нас сейчас не воспользуется тем, что ему тут впаривают. Может, один-два предмета по направлению пригодятся в лучшем случае, и всё.
– А зачем же тогда это изучать?
– И я говорю, нафиг надо, незачем.
– Но постой, Валик, а что, другие этого не понимают, их родители, наконец?!
– Да все всё прекрасно понимают, понимают, что зубрежка, обычная школа жизни, умение приспосабливаться к обстановке и выполнять поставленные задачи. Понял?
– Не совсем.
– Ну вот смотри. К примеру, есть у меня предмет, менеджмент. Гадкий предмет, придуманный гадкими буржуями. Ко всему прочему, в нашей стране абсолютно не работающий.
Так? – уточнил он понимание мной хода мысли.
– Пока понятно.
– И наконец-то ты выучил его и сдал на «отлично», с учетом всех хотелок преподавателя. Он тебе не нужен, но ты показал свое трудолюбие, показал свое умение выполнить поставленную задачу, показал всем, что ты засунул куда поглубже свою лень и свои амбиции ради получения хорошей оценки по этому сраному менеджменту. Все довольны: и родители, и преподаватели. И есть шанс преподнести своё умение в хорошем свете при трудоустройстве. Понял?
– Как это ни печально звучит, но да, – сказал я, полный грустного волнения.
– Смотри! – кивнул он, кося глазами на пробегающую, как крыса, АА. Мы улыбнулись.
– Похоже, кусочки жареной говядины отобрали у нее остатки покоя и совести.
