«Она меня любит, — подумал Виктор. — То, что произошло сегодня, привязывает женщину к мужчине прочной невидимой нитью. Но это обязывает и меня. Я у неё первый мужчина… Она красивая и обаятельная девушка. Её наверняка добивались многие, но она давала всем отпор. И дождалась меня… Всего три встречи… Я её тоже люблю, это несомненно. Но делать ей предложение рано. Пусть пройдёт хотя бы месяц… Неудобно, что она живёт далеко. Мы могли бы съехаться и жить вместе. Так все делают перед женитьбой. Она учится в Тель-Авиве на втором курсе. Получается, что мне нужно переехать к ней. Или снять квартиру в том районе».
В нескончаемых размышлениях Виктор проехал по Иерусалимским улицам и остановился возле дома. К его удивлению, Ариэль этим вечером никуда не уходил. Он сидел в гостиной, держа в руках книгу.
— Привет. Что читаешь?
— «Любовник» Алеф Бет Иегошуа. Знаешь такого?
— Конечно. Иегошуа Авраам, писатель.
— Моя дама дала. Хорошо написано.
— Я тоже хочу почитать.
— Она не откажет. Как съездил?
— Замечательно. Поговорим завтра. Немного устал. Приму душ и в постель.
Он долго не мог забыться и уснул лишь поздно ночью. Весь день он не мог найти себе места. Вернувшись с работы раньше Ариэля, открыл лэптоп и включил Скайп. После нетерпеливого ожидания на экране появилось её лицо.
— Виктор, что случилось?
— Соскучился.
— Я тоже очень скучаю. Хорошо, что есть комп.
— Но я предпочитаю не смотреть на картинку, а обнимать и целовать тебя.
— Что поделаешь? Я только что пришла. Сегодня был тест по социальным сетям.
— Как ты его прошла?
— По-моему неплохо.
На экране за спиной Ирис промелькнула фигура женщины. Он сразу её узнал. Она что-то спросила у дочери и, бросив взгляд на экран, вышла из комнаты.
— Что твоя мама хотела?
— Ничего особенного.
— Я хочу, чтобы ты приехала в Иерусалим.
— Мама ещё не знает тебя и требует, чтобы я всегда ночевала дома.
— Все мамы волнуются за своих дочерей, — убедительно произнёс Виктор. — Но я обещаю всегда привозить тебя в Рамат Ган.
— У меня всю неделю занятия. Могу только в пятницу или субботу.
— Жаль. Придётся говорить по Скайп или по телефону. Но я тебе ещё не сказал самого главного.
— Что? Я вся внимание.
— Я никогда не испытывал к женщине такого чувства. Я просто обалдеваю.
— Ты что, влюбился в меня?
— Скажу на понятном языке. I love you.
— Я тоже тебя люблю. Всё, я пошла. Позвони мне завтра.
Она отключила Скайп. Он сидел возле лэптопа ещё несколько минут, вспоминая происшедшее вчера у неё дома. В его воображении вновь возникло её прекрасное нежное тело, её мягкие губы. Она не обманывает, она действительно его любит. Но, может быть, ему не стоило говорить ей о своей любви. Такие слова ослабляют интерес женщины к мужчине. Она, добившись признания, успокаивается и даже охладевает. Но Ирис искренняя и добрая девушка. В ней нет никакой расчётливости и хитрости. Она чудесный человек.
Он звонил ей почти каждый день. Они договорились, что она приедет в Иерусалим в пятницу в полдень. Он объяснил, где ей поставить машину в районе Гиват Шауль, чтобы он мог пересадить её на свою.
Пятница, вопреки прогнозу, оказалась тёплой и солнечной. Виктор ждал её в условленном месте. Увидев Ирис в подъехавшем автомобиле, он махнул рукой и показал, где парковаться.
— Не думала, что в Иерусалиме так хорошо. У нас там облака. Скорей всего будет дождь.
— Мы здесь ближе к Всевышнему. Это он определяет погоду.
— Откуда у тебя такое представление о мире?
— Мой дядя Юра, в отличие от всех нас, ударился в религию и даже учился в ешиве. Он всё объясняет тем, что Б-г управляет всей нашей жизнью.
— И Он решил, чтобы мы с тобой встретились?
— Получается так. Правда Он даёт каждому человеку право выбора.
— То есть ты бы мог не подойти ко мне на конференции.
— Не мог я не подойти к тебе. Ты такая необычная девушка. Для нас, мужчин, смысл
жизни заключается в том, чтобы найти женщину, без которой он не может жить.
— А ты нашёл?
— Наверно.
Она положила руки ему на плечи и поцеловала в губы.
— Ну покажи мне твой Иерусалим.
Она села в его машину и пристегнулась. Виктор улыбнулся и завёл мотор. Они ездили по городу больше часа. По бульвару Менахема Бегина, Немецкой колонии, улице царя Давида, Тальбие и возле Иерусалимского театра. Оттуда помчались по Хевронской дороге. Припарковав Тойоту, они вышли на променад рядом с дворцом британского губернатора. Отсюда был хорошо виден старый город от Сионской до Масличной горы.
— Меня мои родители привозили, конечно, в Иерусалим, — сказала Ирис. — Мы гуляли по университету, и здесь. Но я не думала, что он такой величественный и красивый.
— Он по площади равен Парижу.
— Такой большой?
— Дело не в величине, конечно, а в его значении для нашей иудео-христианской цивилизации.