Он хлопнул поводьями и что-то громко выкрикнул. Оба пернатых ящера прокричали в ответ, наполнив просыпающуюся округу звонким эхом. Расправив огромные крылья, килпассы несколько раз синхронно взмахнули ими, подняв вокруг тучи пыли, а затем, резко оторвались от пандуса, перемахнули через верхушки паатов и рванули вниз со скалы.
Такого резкого старта я не ожидал и непременно бы заорал во всю мощь легких, да плотный поток воздуха, забив глотку, вынудил поперхнуться и закашляться. Капюшон сорвало с головы, ветер бил по лицу, заставляя щуриться. Килпассы неслись к земле с невероятной скоростью, но у самой опушки неожиданно выровнялись и полетели вперед, уносясь, прочь от городской черты. Из-за притока адреналина, сердце заходилось от бурной радости и рвалось из груди. Еще ни разу в жизни мне не доводилось летать на ком-то подобном, и неожиданно для себя я очень быстро стал понимать, до чего же люблю это дело. Все заботы последнего времени, переживания и проблемы вмиг отошли на задний план, сменившись ощущением неограниченной свободы и наслаждением полетом.
– Господин, – позвал Изма. – Вы слишком крепко держите. Я не могу, как следует управлять килпассом.
Только сейчас до меня дошло, что я буквально вцепился в бока мекта мертвой хваткой.
– Прости.
– Просто расслабьтесь, – посоветовал он. – И не давите.
Глядя на Эйтн, летящую вместе с графом слева от нас, я поймал себя на мысли, что как будто бы для нее это далеко не первое путешествие верхом на чудовище. Она сидела так, словно родилась в седле килпасса. Ни высота, ни скорость ее, казалось, вовсе не беспокоили. Правда, я заметил, что она прижималась к спине Занди несколько теснее, необходимого, и при этом успевала о чем-то с ним переговариваться. Лица самого графа я видеть не мог, но при этом четко представлял выражение самодовольства, вызванного тем, что ему, наконец, удалось произвести впечатление на риоммскую леди.
Я ухитрился извернуться и посмотреть назад – Меройские холмы, оставаясь позади, стремительно уменьшались в размерах – единственный маяк цивилизации на тысячи и тысячи километров вокруг, а впереди лишь бескрайний океан зелени всех возможных оттенков. Уже смотреть на эту красоту с городских стен было непередаваемо, но парить над бескрайними просторами – такое просто не поддавалось сравнению. Деревья росли так плотно друг к другу, что с высоты полета казались единым непроницаемым лоскутным покрывалом, неповторимый узор которого местами прорезали макушки древних паатов, достигших поистине исполинских размеров.
– Здесь килпассы вьют себе гнезда, – сказал Изма, когда миновали одного из гигантов, чьи толстые кривые ветви усеивали тушами стаи разномастных птицеящеров. – У нашего мира неповторимая природа.
Никто и не собирался с этим спорить, но меня слегка удивила неожиданная словоохотливость обычно молчаливого мекта.
– Решил устроить мне экскурсию? – весело поинтересовался я, перекрикивая шум ветра в ушах.
– Подумал, вам будет интересно, мастер, – сконфуженно отозвался лакей. Он снова весь как-то подобрался.
– Совсем не обязательно заговаривать мне зубы, Изма. Я вовсе не чудовище.
– Мастер, вы не…
Невооруженным глазом стало заметно, как его чешуйки поменяли цвет.
– Я знаю, что моя компания тебе не по душе, – сказал я, – но поверь, бросаться на тебя из-за этого я не собираюсь.
– Ваше мнение ошибочно, – еле слышно проблеял мект.
Я все-таки решил не мучить упрямца, умолчав о том, что вполне ясно ощущал, как от него просто-таки разит первобытным страхом. Еще возьмет, да и потеряет сознание. Кто потом будет управлять зверюгой?
– Изма, бери ниже, – крикнул граф. – От гнездовий лучше держаться подальше.
– А что может случиться? – спросил я.
– Килпассы килпассам – рознь, – ответил он. – Они – хищники. Наши приручены, но диким-то никто не говорил, что нельзя охотиться на разумников.
Следуя примеру Занди, Изма заложил вправо, уходя как можно дальше от потенциально опасных мест.
– А как, кстати, вам удалось их приручить?
– Его светлость научился от махди, когда жил у них в джунглях. Они, вообще, много чему могут научить, если относиться к ним по-доброму. Этих двоих он притащил еще птенцами и спрятал на заднем дворике у «Тибо». Граф сам выхаживал их, кормил, а я помогал, поэтому и мне посчастливилось стать частью их жизни. Думаю, на свете нет более преданных существ.
Я рассмеялся, почти неслышно, но Изма это заметил:
– Почему вы смеетесь?
– Просто впервые ты разговариваешь по собственной воле, без давления и страха, – ответил я. – Я больше тебя не пугаю?
Кажется, мект впервые свободно рассмеялся в ответ:
– Нет, просто сейчас я знаю, что ваша жизнь зависит от меня, и потому не боюсь.
За временем я особенно не следил, но мы летели уже около двух часов, а вокруг по-прежнему простиралось безбрежное море растительности. Солнце поднялось выше, скрывшись за наползшими на небеса темными облаками.
– А если пойдет дождь? Что мы будем делать?
– Укроемся в деревьях.
– И это безопасно?
– Не так опасно, как лететь на открытом пространстве в грозу, – зловеще проговорил Изма. – А грозы здесь жуткие.
