Я по-прежнему часто дышал. Глядя на Аверре, надеялся как можно скорее услышать ответ. Я чувствовал, что ступил на одну из тех троп, что вели к новым знаниям. Для меня это был огромный рывок вперед и теперь, затаив дыхание, ждал вердикта.
Но наставник делиться догадками не спешил. Его глаза оставались холодны, как лед, а лицо обращено в сторону уже начавшего приходить в себя Измы.
– Это все из-за меня? – спросил я, опускаясь на колени рядом.
– Тише, – грозно прошипел Аверре и, через секунду, я понял почему – дверь в покои графа отворилась, и ее хозяин показался в проеме.
Мгновенно оценив ситуацию, он спросил:
– Что произошло?
Надо отметить, в голосе его светлости не было даже намёка на беспокойство. Только вежливое любопытство. Похоже, граф не разделял привязанности своего верного слуги. Хотя, может, так и положено вести себя настоящему хозяину: никогда и ни при каких обстоятельствах не терять самообладания? Однако узнай Занди, что только что произошло, беды было бы не миновать, в этом я был уверен.
Ответ наставника удивил.
– Не о чем беспокоиться, ваша светлость, – буднично отозвался Аверре, словно и не он всего минуту назад едва не извергал пламя. – Дайте минуту, и ваш слуга будет в полном порядке.
Цепкий взгляд синих глаз Занди переместился с наставника на меня.
– Да, но что все-таки произошло?
Сглотнув, я поднялся на ноги, готовый взять на себя всю ответственность. Даже рот открыл.
Но тут Аверре выдал:
– Понятия не имею, если честно. – И небрежно стряхнул с сюртука несуществующую пылинку. – Насколько могу судить, всего лишь запоздалая реакция на пыльцу, к которой он здесь пристрастился. Такое иногда, знаете ли, случается с представителями его вида. Что поделать? Слишком много райса на пользу никому не идет.
Исподтишка оценив реакцию Занди, я пришел к выводу, что самочувствие верного слуги его все же обеспокоило.
– Мне давно следовало выкорчевать весь этот райс по всему городу. Знал, что Изма балуется этим, но даже не подозревал, что его увлечение может быть настолько опасным. Как насчет лекаря? Считаете, он ему нужен?
– Не вижу в этом необходимости, – проговорил Аверре. – Единственное, что ему сейчас нужно, это несколько часов крепкого сна. На следующее утро он снова будет в порядке.
Занди не раздумывал.
– Отлично. Я отдам распоряжение, чтобы его перенесли на террасу – там не так душно, как здесь, – а свежий воздух, полагаю, ему не повредит.
Он тут же отправился за слугами, а Аверре повернулся ко мне. Невесомую улыбку на его лице будто выключили. Колючий инквизиторский взгляд принялся буравить меня насквозь.
– Считай, тебе повезло, Сет. Голова у мекта крепче, чем я мог предположить. Скоро он придет в себя, хотя, вполне мог бы стать трупом, и все из-за твоей глупости!
Даже если б захотел поспорить, то не стал бы. Только спросил:
– Вы не думаете, что он расскажет обо всем Занди?
– Не расскажет, – пообещал Аверре. – К счастью для тебя, я не настолько безнадежен, чтобы не владеть некоторыми азами мастерства элийров.
Я удивленно задрал брови:
– Вы что, стерли ему память?
Наставник не ответил, но взгляд сказал все за него.
– На данный момент, тебя это вообще не должно волновать.
Но можешь рассыпаться в благодарности за то, что любезно не подставил твою шею под графский топор.
– В смысле?.. – опешил я.
Улыбка вернулась на лицо Аверре, но ни намека не теплоту или участие в ней не было.
– Это Боиджия, друг мой! Здесь за такие трюки по головке не гладят. А вот по шее – запросто. Лезвием топора. Даже граф, несмотря на всю лояльность по отношению к нам, легко способен изменить своим взглядам. И все из-за необдуманной мальчишеской выходки одного зазнавшегося недоучки. Надеюсь, в следующий раз, ты все-таки воспользуешься тем предметом, что сидит на твоей шее! Если, конечно, он тебе дорог.
Признавать вину мне всегда было непросто, а после этих слов я вообще практически забыл, что собирался извиниться. Как смеет отчитывать меня человек, который сам не гнушается использовать арсенал способностей лейров ради собственного блага? «Цель оправдывает средства» – всегда было главным девизом Аверре. Что же успело измениться?
– Если бы вы не утаивали от меня правду, этого бы не случилось! – огрызнулся я. – Никто, кроме меня, не может решать, что я должен знать, а что – нет. Вы и Бавкида нарочно привыкли замалчивать правду, не считаясь с моими чувствами, и я нашел способ выяснить все без вас.
– Сбавь-ка на полтона, дружок, – предупредил наставник, прищурившись. – Твои истерики мне совершенно ни к чему. Ты отправился со мной на определенных условиях и обязался их исполнять. И что же мы видим? Неумелую самодеятельность, которая едва не стоила мекту жизни! И все ради парочки глупых вопросов.
– Это не глупые вопросы! – горячо возразил я. – Я обязан был узнать…
– И узнал?
Его невозмутимый тон заставил меня ответить уклончиво:
– Не совсем.
Аверре хмыкнул. Но не отстал.
– Как тебе вообще удалось проникнуть в его память?
Я потупился.
