Громкие слова не в меру храброй девушки поразили меня, но значительно больше, чем моего наставника, казалось, от сказанного получавшего искреннее удовольствие. Ужасно хотелось сделать Ридж какую-нибудь гадость, такую, чтоб навсегда отпала охота не только искать ключ к разгадке силы лейров, но и вообще упоминать их имя вслух. Зато Аверре веселился от души.
– Браво, юная леди! – Он пару раз прихлопнул в ладоши. – Ваш энтузиазм достоин искреннего восхищения. Уж поверьте, немного найдется тех, кто готов говорить на эту тему так открыто и с таким пылом, как это делаете вы.
– Все суеверные страхи – лишь порождение незнания, мастер Аверре, – гордая собой отозвалась Красноволосая. – Когда-то лейры были могущественны, но теперь они кажутся мне не более чем вымирающей сектой философов.
Негромкий звон возвестил о лопнувшем бокале для воды, стоявшем возле Ридж.
Повисла пауза. Все как по команде уставились на меня. А я смотрел только на мокрое пятно, медленно расползавшееся во все стороны по белоснежной скатерти, и еле сдерживался от того, чтобы не разметать хрустальные осколки по столовой.
– Прошу прощенья, – тихонько проговорил я.
– Теперь я вижу, почему Эйтн наняла вас к себе, – заговорил Аверре, словно беседа не прерывалась, но улыбка его магическим образом исчезла. Следующие слова он произнес уже совершенно серьезно: – Однако дам вам один совет, барышня: мудрый человек знает, что обсуждать вещи, о которых понятие имеешь весьма отдаленное – дурной тон. Нелепо считать, будто технический прогресс и научные достижения подарили вам возможность раскрыть все тайны Вселенной. Возросший эгоцентризм большинства разумников заставляет забыть, что для окружающего мира, они не менее ничтожны, чем те же муравьи. Полученные доказательства существования
Для меня было удовольствием наблюдать, как краска потихоньку сползает с лиц обеих дам. С одной только разницей: если Ридж оказалась смущена и подавлена словами Аверре, то его племянница белела от еле сдерживаемого гнева. Мне показалось, будто от ее тела исходил поток какой-то энергетической силы, сковывавшей напряжением всю столовую. Даже наставнику стало заметно не по себе.
– Из каждого правила есть исключение, дорогой дядя, – убийственным тоном произнесла Эйтн, положив салфетку на край стола. Поднялась: – Благодарю за завтрак. Все было…
Все еще словно невидимыми нитями опутанные ее волей, мы встали тоже.
– Надеюсь, что он будет не последним, – отозвался Аверре, натянуто улыбаясь в ответ.
Не ответив, Эйтн лишь пожала плечами и увела Ридж за собой.
– Удачного дня, – ядовито бросил я им вслед и перевел внимание на наставника: – Это и было то, о чем вы мне вчера говорили, мастер?
Аверре посмотрел на меня. В глазах его плясали смешинки.
– Неприятное ощущение, правда? В Эйтн скрыта сила, которую даже я не в состоянии объяснить.
Стайка мурашек пробежала по спине, и это отбило всякое желание углубляться в подробности. На время.
– Не знал, что они остановились здесь же.
– Я и сам узнал об этом лишь вчера. Она, знаешь ли, не особо любит распространяться о своих делах, тем более при мне.
– Но сегодня, кажется, вам удалось побить все рекорды.
Аверре усмехнулся:
– Ты просто не понимаешь ее, Сет. Эйтн не испорченное политикой дитя, а идеалистка. Она всей душой верит в правильность выбранного Риоммом курса и потому слепо следует ему, не слишком задумываясь, правильно ли это на самом деле.
– Вы вроде сказали, что она умна, – напомнил я. – Разве не может она понять, что идет не той дорогой?
– Ты точно так же умен, Сет, – отозвался Аверре. – И ты точно так же веришь в правильность доктрин Бавкиды. Но уверен ли ты, что это единственный верный путь?
Ответить на это я не решился, но лишь по той причине, что боялся ненароком проболтаться о неведомых мастеру разговорах с Бавкидой.
– Все зависит от качества убеждений, – продолжил он. – Если каждый уверен, что поступает правильно, как доказать их ошибку?
– Только примером.
– Верно, – с улыбкой отозвался наставник. – А для этого нам нужно заняться поиском Иглы.
– Но я не до конца понял, зачем Риомму Игла? Или они считают, что, уничтожив нас с ее помощью, сумеют воспитать своих собственных адептов, восприимчивых к Теням?
– Не могу говорить с абсолютной уверенностью, но, боюсь, что именно так они и думают.
– Если Эйтн возглавляет поиски, то почему бы не попытаться переманить ее на нашу сторону? – Предложение казалось вполне здравым. Нет на свете лучшего союзника, чем враг или соперник, а для нас Эйтн была и тем и другим.
Однако Аверре не разделял такой точки зрения.
– Даже для меня это было бы непросто. Психически на нее воздействовать невозможно, а убедить аргументами… что ж, я пытаюсь уже не один год, но, как видишь, получается не очень. Скажи, разве тебя легко было бы переубедить отказаться от тех принципов, по которым ты существовал всю свою жизнь?
