И нет преступнее греха,
чем суесловные порывы.
Но не бывает нем поэт,
пока сердца для чести живы.
И нарушается запрет,
и тленны рыцари наживы.
И вновь, связуя времена,
сквозь Арзамас автобус катит...
Дорога к Пушкину длинна.
Всей жизни, может быть, не хватит.
1978 - 1979
ПОЭТ
Неясно над Пушкиным небо.
Опять фонари не горят.
И словно в бездонные недра
шел металлический взгляд.
Но скажешь ли, что безучастен
сейчас он к стихии людской:
вне споров, удач и несчастий
навек вознесен над толпой?!
Затем ли все шире дорога
к нему; и по ней мы идем;
что скрыта живая тревога
за этим обветренным лбом?
В любую эпоху и эру
поэт не боится свинца.
К барьеру, к барьеру, к барьеру
доносчика и подлеца!
Пока не окончена дума.
Пока еще тесно в груди...
И вечности черное дуло,
как слава, еще впереди!
17.02.74
* * *
Лежит раскрытая тетрадь.
Текут стихи простым размером.
Как просто взять и написать:
"я знаю, жребий мой измерен..."
За веком пролетает век.
Но столько Правды было в этом,
что повторяет человек
произнесенное поэтом!
9.04.66
НА БЕГУ
Было холодно. Я без пальто
поспешал вдоль чугунной ограды;
да и что изменяет порядок,
если жизнь, словно цирк шапито,
сквозняку изначально подвластна
(рвется запросто жесткий брезент);
это в юности - приз и презент;
тряска - чем не лекарство и ласка.
Было холодно не оттого,
Что бежал одинокий и сирый
дух боялся словесных усилий
непременно представить его
в виде куце подстриженных строчек,
перевязанных бантиком рифм...
Пусть браним мы себя и корим,
но еще неприглядней подстрочник.
И в ознобе тревоги слепой
я пиджак запахнул потеплее.
Продолжайся и длись, эпопея.
Если певчий, то мерзни и пой!
12.05.74
СНЕГИРЕК
Снегирек, снегирек,
свой подай голосок!
Снегирек посажен в клетку.
Красногрудый снегирек...
Прыгает он редко-редко.
Тихо в уголок залег.
Он пшено не клюет.
На рябину не глядит.
Звонких песен не поет.
Встрепенется и молчит.
Неприступна клетки дверь.
Каково ему теперь?
Объяснили мне, сказали
очень простенько:
был он куплен на вокзале
дальним родственником.
О, веселье появленья
клетки в комнате!
"Доченьке на удивленье
запакована
птичка-невеличка
в палец ростиком...
Пусть посмотрит, как отлично
машет хвостиком".
Снегирек забился тихо в уголок.
Красноперый неподвижный узелок.
Бусинка-глазок мелькнет-пропадет.
Неужели он в неволе пропадет?
Словно кровью, клетка мечена ржой.
Я бы выпустил его, да - чужой.
Я бы выпустил его - нагорит?!
Да куда ж он, дурачок, полетит?
Холода кругом стоят, холода.
Эх, короткие вы, птичьи года!
Снегирек, снегирек,
редкий резкий голосок.
7.02.69
ВЫБОР
Вдруг заболели уши у меня.
Я долго маялся, пока не догадался
заткнуть их ватой. Целый день спокойно
ходил везде, лишь приглушенно слыша
движенье жизни... Музыкой казались
шумы, а шорохи совсем исчезли.
Воздушные шары так опадают,
когда шутник иголкой их проткнет;
лишь вялая резина на ветру
беззвучно парусит, напоминая
о бренности... Но наверху блаженства
я вдруг подумал: "Что, если придется
головоногим вкрадчивым моллюском
всю жизнь прожить, мечтая лишь о пище,
о сне да тишине?.." Затычки прочь
я выбросил. Сверлом вонзилась боль
и тотчас же, голубушка, притихла.
Биенье жизни гулко захлестнуло
меня своей упругой полнотой.
18.08.74
* * *
Признаюсь вам: я долго был рабом...
О нет, я не ворочал камня глыбы
и не носил цепей, не бился лбом,
как поначалу вы решить могли бы.
Я не знавал капризов госпожи
и не был пленником одной известной страсти,
что заставляет поступать в пажи
и стариков сплошной козырной масти.
Раб вдохновенья, я десяток лет
гордился этой сказочной судьбою,
но как-то понял, что заслуги нет
в словах, не продиктованных тобою.
Дарованное свыше - не позор,
но мне сейчас куда дороже стала
способность отличить от соли сор,
в руде заметить крапинки металла.
И я жалею, что не испытал
всех потрясений сумрачного быта,
чтобы воскликнуть: "Гляньте, кем я стал!
а кем я был... Все мной самим добыто!"
20.04.75
ВОСПОМИНАНИЕ
Я шел с товарищем, о чем-то рассуждал;
о книгах, вероятно, о поэтах
(кого-то вдохновенно осуждал,
кого-то скупо ободрял, при этом
витийствуя...). Вдруг, обнажая страсть,
лицо товарища предстало строгим ликом;
он стал рассказывать, полуоборотясь,
о сыне, языком почти великим.
Слова простые, образуя связь,
казались дивным стихотворным слитком;
и разрезала губы, как алмаз,
сказал бы я - волшебная улыбка!
(О, детства сказочного золотая рыбка!)
Я шел, как с вами, как сейчас иду;
Свернул неторопливо в переулок...
Стихи ли выпевались на ходу?. .
О чем-то мысль мелькнула... Мысль мелькнула.
12.08.66
* * *
Обожаю графику зимы.
Эти ветви - черные на белом.
Редкие прогалины земли,
снежным заштрихованные мелом.
Радуюсь рельефности мостов,
разрезающих тяжелый воздух,
свежести и нежности мазков
краскою, замешанной на звездах.
1974
* * *
Дай мысль,
дай формулу,
дай жест
иных не надобно торжеств!
Пророк, восстань!
Верши же суд свой
во мне, в другом,
во всех присутствуй!
Как эта резкая весна,
ручьев упругая возня
преображают незаметно
такой обыкновенный мир,
так Время ставит молча мету
на наши лица в этот миг.
5.04.66
ШИПОВНИК
А. Т.
Здесь кустарник так густо разросся;
Не шиповник, а скрытник огня.
И на тысячу разных вопросов
не нашелся ответ у меня.
Я запутался в сонме иголок,
окружавших искомый предмет,
