Арктика – прекрасная и жестокая к человеку область Земли. Знаменитый полярный исследователь Фритьоф Нансен (1861–1930 ) назвал ее «Страной ледяного ужаса». Первой русской экспедицией (1912–1914) к Северному полюсу стала экспедиция Георгия Седова (1877–1914)[3]. Экспедиция закончилась трагически: Седов погиб далеко от полюса и был похоронен своими спутниками. Одна из его собак, Фрам, осталась на его могиле.
Ледокол «Ленин» спустили на воду 5 декабря 1957 г., он и стал первым в мире надводным судном с атомной силовой установкой.
В июне 1971 г. впервые надводное судно – ледокол «Ленин» – прошло севернее островов Северная Земля. От крайней северной точки этого архипелага до Северного полюса всего 990 километров.
Его преемником стал атомный ледокол «Арктика», на котором подняли государственный флаг 25 апреля 1975 г. Первым капитаном на «Арктике» стал Юрий Сергеевич Кучиев (1919–2005), капитан «Ленина».
Поход «Ленина» вокруг Северной Земли подготовил уникальный поход «Арктики» в 1977 г. до Северного полюса. 17 августа 1977 г. в 4 часа утра впервые в мире надводное судно «Арктика» в процессе активного плавания (не пассивного дрейфа) достигло точки Северного полюса. На полюсе укрепили флаг Советского Союза, а к его флагштоку капитан «Арктики» приделал древко от флага экспедиции Георгия Седова.
Сегодня Россия – единственная в мире страна, обладающая мощным флотом атомных ледоколов разного класса. Российские ледоколы сопровождают многие иностранные научные суда в Арктике. В 2007 г. атомный ледокол «Россия» сопровождал научное судно «Академик Федоров», с которого были спущены глубоководные обитаемые аппараты «Мир». Впервые человек достиг дна океана под Северным полюсом. Там установили флаг России из титанового сплава.
В наше время Арктика вызывает повышенный интерес многих стран, прежде всего США, Канады, Китая, по различным экономическим, военным и политическим причинам. Существование флота мощных атомных ледоколов и опыт навигации в арктических условиях дают России существенное и заслуженное преимущество, начало которому положил в том числе Игорь Васильевич Курчатов.
Хороша наука физика, да жизнь коротка!
В личном деле Игоря Курчатова, которое завели в НКВД, присутствовала такая характеристика: «Хитер, скрытен, дипломатичен». Вероятно, он обладал всеми этими качествами. А как иначе удержаться в системе, где он работал, отвечая за людей, науку, сроки перед страной? Но все же лучшей чертой характера Игоря Васильевича мы считаем целеустремленность – без сильной воли невозможно было решать задачи, которые выпали на долю этого великого и талантливого человека.
Если обратить внимание на разных талантливых и успешных людей, у которых есть семья, друзья, увлечения и дело всей жизни, можно заметить: чаще всего они очень скромные, умеют хвалить других, не выставляют напоказ свои достижения, не ищут постоянного признания, не учат всех подряд, что им делать и как жить. Просто потому, что они делают что-то очень важное для людей и своей страны, а не ради славы. Процесс им не менее важен, чем результат. И часто к себе такие люди относятся критично, считают себя обычными, в чем-то способными, но скорее – просто упорными. Они умеют признавать, что кто-то лучше, и делают это искренне: с интересом и восхищением. Дружить, общаться и работать с настоящим талантливым человеком – огромное наслаждение!
И это подтверждают сотни людей, которые имели дело с Игорем Курчатовым и были частью его бессмертного братства.
С любым человеком он находил общий язык. После общения с Бородой люди выходили окрыленными. Даже если он ставил перед ними сложнейшие задачи.
Курчатов умер так же стремительно, как и жил. Его кончина стала трагедией для курчатовцев. Все так привыкли к его нескончаемой энергии, доброму нраву, оптимизму, с которым он смотрел в будущее и брался за любое дело, к бесконечным планам, которые всегда реализовывал.
Даже когда он болел – все равно работал и не подавал вида, что ему тяжело. Окружающие привыкли думать, что Борода – бессмертный. После второго инсульта врачи предупредили его: «Если будете работать не больше четырех часов в день, вовремя питаться и отдыхать, вы еще долго проживете. В противном случае ни за что нельзя ручаться».
Но работать понемногу Курчатов не умел. Это оказалось заложено в его характере. А изменить его он не мог, да, наверное, и не хотел.
В последние дни жизни Борода был необычайно добр и возбужден. Он старался увидеться и пообщаться с как можно бо́льшим числом важных ему людей – как будто хотел с ними попрощаться…
5 февраля 1960 года он позвонил Кириллу Синельникову и сказал, что едет в консерваторию слушать «Реквием» Моцарта. Кто мог подумать о символическом значении, которое приобретет этот концерт как последний в жизни великого физика-гения.
