— Вверх глянь. Камеру видишь? Тут на каждом втором дереве камера. Направленные микрофоны прослушивают весь остров. Как только я скажу способ вслух — его прикроют.
Макс задумался.
— Это какая-то хитрость с правилами Игры? Нарушим их — дисквалификация.
— Ни в коем случае. Мы не будем нарушать чужие правила — но установим наши собственные. Однако пока наша первостепенная проблема — Кольер.
— Она тут охотится? С луком, что ли?
Я кивнул:
— Да, и пока успешно. Выслеживает добычу по следам в траве и убивает из засады. Причем ходит под антирадаром. Кстати, мы свои перки профукали. Глянем, что у нас по очкам.
Макс достал свой ПЦП и присвистнул:
— Ого, мне аж сорок восемь очков досыпало!
— И что же ты такого сделал?
— Ну, их было четверо, — вздохнул он, — и я уработал двоих в самом начале, но пуля разбила мой автомат, а еще они подловили меня после довольно изматывающего похода за контейнером, к тому же я на днях только оправился от болезни. Пришлось отступать, но они насели на пятки. В общем, ты очень вовремя появился.
— Похоже, против тебя было очень много ставок.
Моя картина оказалась менее радужной: я заработал всего три очка. После того, как я заново взял «антирадар», «радар» и «сигнализацию», у меня только эти три и остались.
— Макс, ты берешь только «антирадар», — сказал я.
— Почему?
— Потому что остальное есть у меня. Я — детектор и приманка, ты — убийца-невидимка. Все просто. Есть хочешь?
— Не откажусь. А то я теперь порожняком, возвращаться на мое старое лежбище слишком опасно.
— Тогда тут в паре сотен метров — моя база. Жаркое время пересидим там, а после полудня двинемся.
Вскоре мы устроились в «моих» кустах: я посматриваю на экран ПЦП, Макс наворачивает бобы с тушенкой.
Итак, мой план пришел в действие: я нашел Макса Вогеля, одного из нескольких подходящих мне Игроков. Пожалуй, наиболее подходящего. Самый первый и самый ненадежный этап — между высадкой и встречей с подходящим человеком — успешно завершился.
Теперь у моей блестящей головы имеются неплохие «мышцы» в лице Шрайка. С таким «инструментом», как он, все очень сильно упрощается.
Когда жара пошла на убыль, мы двинулись на юго-восток, к «внутреннему» побережью Острова. Сам остров отдаленно напоминает подкову, и именно на побережье внутренней лагуны находится следующий пункт назначения.
Правда, туда еще надо добраться.
На карте — минимум оживления. Только двигается по своим делам одинокая точка в полутора километрах от нас — больше никого. Точнее, неподалеку может быть кто угодно, но если он невидим на радаре — то и нас не видит.
Гораздо большую опасность представляет все та же Анна Кольер: присутствие ее можно считать очень вероятным, с другой стороны, Робинсона она подловила на протоптанной тропинке. Мы с Максом не идем по тропинке, значит, шанс напороться на засаду невелик, и вообще, он ведь бывший «тюлень» — а это, как ни крути, самое элитное спецподразделение в армии США. Бойцы SEAL отлично подготовлены для ведения войны в любых условиях, включая этот Остров, и тот факт, что Макс выживает здесь уже почти год, меня очень сильно обнадеживает.
Большую часть груза несу я: во-первых, чтобы не сковывать Макса, сам я — такая себе боевая единица. Во-вторых, я несу ранец на спине, скатка спальника на нем сверху, так что мои спина и затылок прикрыты от выпущенной исподтишка стрелы.
Винтовка и дробовик — у Макса, он с этим добром накоротке, а мне и пистолета хватит. В принципе, патронов у нас достаточно, чтобы отбиться от нападения: длительные перестрелки бывают только в кино. В жизни все проще: если тебе не хватит пяти патронов, то ты почти стопроцентный покойник.
Отошли мы метров на пятьсот, передвигаясь с соблюдением всяческих предосторожностей, а затем Макс внезапно присел и сделал мне рукой жест поступить так же. Я опустился на корточки и прислушался. Вроде ничего.
— Следы, — тихо сказал Шрайк и показал пальцем на небольшие вмятины в мягком грунте.
Я внимательно всмотрелся в отпечатки.
— Это Робинсон, с высокой долей вероятности. У него на ногах были кроссовки, тут такой же рисунок подошвы.
— Ты что, запоминаешь даже такие мелочи?
— Фотографическая зрительная память… в придачу к эйдетической. Возможно, нычка Робинсона где-то рядом. Идем дальше?
Вместо ответа Макс указал пальцем чуть вперед:
— Видишь?
Я увидел участок ненормально выглядящей травы и понял, что это — замаскированная яма-ловушка, видимо, с кольями внутри. Влажность субтропического леса не дала траве высохнуть и пожухнуть, но наметанный глаз «тюленя» разницу заметил, в то время как я вполне мог бы и угодить в нее.
— Нычка Робинсона действительно рядом, — сказал я. — Видимо, такими ловушками он попытался ее обезопасить… В молодости воевал на Филиппинах против исламистских партизан и мог там такого поднабраться…
— Угу… Вот куда ведут следы… Глянем, только смотри под ноги.
Через десять минут мы нашли еще две ловушки, а потом и саму нычку, хорошо обустроенную.
