- Так ты говоришь, тебе знакомо это место? – уже, наверное, в десятый раз спросил Джон, взбираясь на очередной крутой склон. С непривычки он то и дело сбивался с дороги, пытаясь поспеть за легконогой Соней, перепрыгивавшей с камня на камень не хуже горной козы.
- Я уже говорила тебе это,- не оборачиваясь, сказала Соня, - в детстве моя семья кочевала как раз у восточных склонов Кезанкийских гор. Здесь же моя банда грабила туранские и заморанские караваны. Так что эти края мне известны отлично.
Она остановилась и указала Джону на странного вида развалины на соседней горе.
-Это место называется Скалой Дагота,- сказала она,- никто не знает от чего остались эти руины, но все знают, что на них проклятье. Туранцы пытались устроить тут крепость, но она не простояла и месяца – в одну ночь весь гарнизон нашли мертвым. Точнее – задушенным.
-Веселое местечко,- хмыкнул Джон.
-Поэтому, когда я услышала, что камень переносит в то место, которое вспоминает проливший на него кровь,- продолжала Соня,- я тут же представила эту гору – уж ее то я запомнила намертво.
-А откуда ты знала их язык?- поинтересовался Джон.
-Он походил на кхитайский, - пожала плечами Соня, - я его немного знаю.
-И где мы теперь?- спросил Джон.
-На восточной границе Заморы,- сказала Соня, - вроде бы…
-Вроде?- спросил Джон, почувствовав некоторую неуверенность в ее голосе.
Он все-таки догнал Соню, добравшуюся на вершину скалы и внимательно озиравшую окрестности. Лицо ее выглядело явно озадаченным.
-Вот эти горы я помню,- она обернулась, показав на вздымавшиеся на севере серые скалы,- и вон те тоже,- она ткнула пальцем на юг, где смутно угадывался невысокий хребет, подернутый туманной дымкой. А вот этого,- она указала прямо перед собой, - тут не было.
Джон посмотрел в указанном направлении и увидел высокие скалистые горы, хищно вздымавшиеся вверх, будто клыки исполинского дракона. Это скопление исполинских зазубренных пиков, с покрытыми снегом вершинами, выглядело совершенно чужеродно, выделяясь среди пологих, поросших лесом Кезанкийских гор, словно мамонт в стаде коров.
-Мне кажется или там я вижу город,- заметил Джон. Соня пригляделась и кивнула.
-Да, похоже… - она прервалась, когда из одного из простиравшихся под ним ущелий раздался женский крик и вслед за ним – гортанные ругательства и крики боли. Переглянувшись, Джон и Соня, одновременно кинулись на звуки.
В ущелье, прижавшись спиной к поросшей мхом скал бородатых мужчин в пестрых тюрбанах. Один из них уже валялся мертвым, однако оставшиеся пятеро столь ожесточенно атаковали девушку, размахивая кривыми саблями, что становилось ясно, что долго ей не продержаться.
Внезапно ворвавшиеся в битву Джон с Соней разом изменили соотношение сил. Длинный Коготь сходу снес голову одному из нападавших. Второй бандит, развернувшись, попытался атаковать Джона, но тот легко отбил выпад кривой сабли. Еще один удар меча - и мужчина с воем согнулся пополам, пытаясь запихнуть обратно вываливающиеся из распоротого живота внутренности. Соня подхватила выпавшую из его руки саблю и сходу ввязалась в схватку. Девушка, завидев, что к ней пришла подмога с удвоенной яростью обрушилась на врагов.
Через мгновение все было кончено - шесть трупов лежали на земле, а между ними, тяжело дыша и кидая друг на друга настороженные взгляды, стояли Джон, Соня и незнакомая девушка.
-Ты знаешь, кто они? - негромко спросил Джон свою спутницу.
-Эти псы,- она презрительно сплюнула на одно из тел, - кезанкийцы, вероломные шакалы, что веками живут в этих горах. А вот кто она,- воительница посмотрела на девушку,- я не знаю.
Джон также посмотрел на спасенную им воительницу: молодая и довольно симпатичная – ее красоту не портили даже крупные рубины, непонятно как вживленные в румяные щеки. Из одежды она носила меховые штаны, высокие сапоги и кожаную куртку, разорвавшуюся во время битвы так, что она почти не скрывала налитые груди. На них виднелось иное украшение – проколовшие соски железные кольца. Черные волосы, остриженные с левой стороны, на правой заплетались в длинную косу.
В свою очередь и девушка с интересом рассматривала своих спасителей. Вот она заговорила – сначала на одном языке, но, видя, что ее никто не понимает, перешла на другой. Его Джон тоже не понимал, в отличие от Сони тут же узнавшей сильно ломанный заморанский.
-Я Марра Ксай, посол великой Каякаянаи,- сказала девушка,- и я благодарю всех богов, что они послали мне вас, когда меня чуть не схватили эти шакалы.
-По крайней мере, здесь наши мнения схожи,- усмехнулась Соня,- скажи мне, Ксая – твой город стоит на отвесной скале и построен из черного камня?
-Да,- радостно кивнула девушка,- Каякаяная стоит среди неприступных скал, к которым ведут через качающиеся мосты и подземные тоннели, а ее стены созданы из черного базальта, чугуна и желтой кости. И там всегда будут рады тебе, за спасшую одну из дочерей Великих Отцов.
-Только мне?- усмехнулась Соня,- а как же он?
Марра замялась, пряча глаза.
