Подвернув штанины, мы зашли в холодную воду и не прошло и минуты, как на фоне тёмного дна замелькали чёрные силуэты. Пиявки были большие, мощные, но не слишком шустрые, и мы успевали перехватывать их до того, как они в вонзали в нас свои клыки, выбрасывая их на берег, на расстеленную на траве куртку. Минут десять нам понадобилось, чтобы собрать штук пятнадцать-двадцать, после чего их поток резко уменьшился.
— Ладно, для эксперимента пока достаточно, — решил я, заворачивая омерзительную, копошащуюся кучку кольчатых червей в куртку и похромал к спящему зверю. Многочисленные попытки сканирования о нём нам ничего не сказали, но когда у меня был наложен баф, мои ощущения и подозрения подтвердились, я увидел его ауру и кажется каждую вену, каждый капилляр, бурлящий неистовой энергией, переполненный реками текущих по ним наноботов.
И сейчас мы попробуем их изъять. Я раздвинул длинные перья, подбираясь к обнажённой коже провёл по ней ладонью, пытаясь ощутить биение крови в пульсирующих жилах, запустил руку в копошащийся клубок, поднёс к нащупанному месту. Пиявка сначала извивалась и дёргалась, но, почуяв кровь, потянулась изо всех сил, вытягивая вперёд свою уродливую пасть. Я перекрестился, ещё раз окинув взглядом необъятную тушу, и пододвинул пиявку ближе. Та вытянулось чуть ли не в нитку, впиваясь клыками в толстенную кожу. Обычной пиявке здесь бы ни за что не справится, до этих мутантов жало вытягивалась сантиметров на пятнадцать, так что шанс есть, лишь бы эта зверюга не была двухтысячного уровня с бронированной кожей, которую невозможно повредить и атомной бомбой.
Не была. А может и была, но защиты от кровососущих паразитов у нее не оказалось. Возможно, урон от нее был настолько незначительным, что никак и не фиксировался гигантским телом. В любом случае, когда пиявка запустила свое жало ему под кожу, зверь лишь мелко вздрогнул, что, впрочем, заставило меня слегка поседеть, и продолжил спать, а кровосос, устроившись поудобнее начал потихоньку наливаться кровью. Ладно, осталось еще десяток-другой и будем ждать результата.
Результат пришёл раньше, чем мы рассчитывали, мы приращивали только по третьей пиявке к пульсирующей жиле, как первая, подвешенная Зубром вдруг осветилось изнутри микроскопическими искорками, чей свет пробивался сквозь ее полупрозрачную тонкую кожу. Я воткнул иглу шприца в извивающееся тело, подводя её кончик к вихрящимся в крови искоркам и начал потихоньку вытягивать поршень. Искры втянулись внутрь и свечение пропало.
Вытащил иглу, заляпал отверстие куском пластыря, одобрительно похлопал червя по отвратительной голове, перечитал сообщение ещё раз. Нанобот оживления. Не может такого быть, неужто здесь есть и такая функция? А если тебе башку оторвало, то тебе новую прирастят или ты оживёшь и дальше будешь без головы ходить? Или это надо зомбакам вкалывать, чтобы их обратно к жизни вернуть? Похоже на информацию про наноботы придётся потратить ещё ни один вопрос к информационному центру.
А пока…
Я заметил свечение ещё в одном тельце и пихнул ногой куртку с пиявками Зубру.
— Ты давай цепляй остальных, а я сбором урожая займусь. Можно было, конечно, подождать когда искорок станет больше и качать их сразу все вместе, но я вспомнил сообщение, пришедшее когда пиявки кусали нас самих, если не изъять выпитые наноботы в течении двух минут, то они интегрируются в тело кровососа, а так как у них нет ни башки, ни гипофиза, изъять их потом будет чертовски трудно, уж лучше так, потихоньку-помаленьку.
Воткнуть иглу, буквально по наитию найти в тёмных глубинах живительную искорку, вытянуть поршень, прихлопнуть к телу пластырь, перейти к следующему тельцу.
Обычных здесь почти не встречалось, а если и попадались, то исключительно пятого ранга. Это был просто какой-то Клондайк, вот только пара вещей меня слегка волновала: это то, что среди густых прядей тонких длинных перьев, было очень легко потерять наших подопечных, а во-вторых то, что с каждой присосавшейся пиявкой, каждым изъятым наноботом, зверюга вздрагивала всё ощутимее, каждый раз прибавляя седых волос в мою шевелюру. Жажда наживы и страх быть раздавленными будто клопы, боролись в наших душах и пока нажива побеждала, но, пожалуй, ближе к рассвету надо будет отсюда уходить в любом случае. Если зверь проснётся раньше, чем мы это сделаем, от нас и мокрого места не останется. А пока…
