Сенсор решил включиться в разговор, но, как всегда, забежал с конца:
– Есть мнение, что у проекций в инсонах есть свои инсоны. Получается что-то типа матрёшки. Правда, на практике этого никто не проверял. Но если это так, то, может быть…
– Да-да-да, миф о пещере! – нетерпеливо отмахнулся Лазарь. – Наш мир может оказаться чьим-то инсоном, о ужас! Чувак с ирокезом на картине Блейка прям с тебя писан. Не забивай девочке голову. Ты паришь себе мозги Платоном, мы смотрим фильм «Тринадцатый этаж» под попкорн с пивом и не паримся. Ну, или паримся, но уже под пиво с воблой.
Насколько было известно Лазарю, с помощью научной методологии инсоны никем никогда не изучались. Наверное, потому, что с практической точки зрения феномен инсона поддаётся изучению ещё хуже, чем чёрные дыры, тёмная материя или пространство-время. Для начала учёный должен сам быть феноменом, а иначе как увидеть и проанализировать то, что не видно обычным людям? Но это не единственная трудность. Даже если удастся собрать группу учёных-Эмпатов, или обучить неучей, вроде Яники или Сенса, посыплется целая куча других проблем. Например, как проводить исследования? Как ставить опыты в лабораторных и полевых условиях? Как потом показать и доказать результаты изысканий научному сообществу и широкой публике? Инсон – это же не квазар. Тот хотя бы в телескоп видно, а на вопрос, что это за пятнышко в небе, можно наговорить кучу всякой научной белиберды и закидать уравнениями.
О финансировании подобной программы, задумай кто-нибудь воплотить её в жизнь, нечего и говорить. Для того же НАСА или Стэндфордского университета гранты из госбюджета или от богатых спонсоров уходят хоть и в долгую, но вполне осязаемую перспективу. Для того чтобы перспективу инсонов могли увидеть налогоплательщики (или какой-нибудь олигарх), сперва нужно доказать существование самих инсонов. Привести материальные доказательства, видеозаписи, показать на слайдах. А лучше всего провести маленькую экскурсию. Олигархов в мире не так уж много. Олигархов-меценатов ещё меньше. Олигархов-меценатов-Эмпатов – Лазарь знал такого одного. Но тот был всё больше человеком практики, а не теории.
– Люди, способные воспринимать инсоны из яви – такие, как мы с тобой – называются Эмпатами. Чтобы увидеть инсон требуемого человека, необходима некая часть его материального тела. Например, очень хорошо подходят волосы.
– И много таких, как мы? – спросила Яника.
Она сказала «мы» вместо «вы», и Лазарю это понравилось. Конечно, она ещё не верила им до конца, но уже готовилась поверить. Как любой человек, стоящий на пороге знакомства с живой Нинель Кулагиной, она хотела верить.
– Точно неизвестно, – ответил Сенс. – Знаем только, что мы не одни. Мы помогаем определённым людям, нам за это платят. Остальное нас не касается.
Яника надолго ушла в себя. Потом подняла голову и взглянула на Лазаря. Скуластые щёки опали.
– Есть и другие Эмпаты, да? Кто они?
– Плохие парни, – просто ответил Лазарь. – Они выбрали тёмную сторону «силы», и их гораздо больше чем нас. Эти Ситхи и пытались тебя убить. И им почти удалось.
– А я-то думала, я сама себя пыталась убить, – мрачно отозвалась Яника. – Ну, спасибо, что снял груз вины.
Лазарь откинулся на спинку дивана. Ну, вот – опять рассказывать про невидимых человечков, подталкивающих к роковому шагу. Миллионы людей пожелали бы, чтобы все ошибки их жизни объяснялись именно так, но лишь немногие, вроде Яники, действительно имеют на это право.
– Невозможно снять груз вины с того, кто возложил его на себя сам, – сказал Лазарь. – Когда сбросить этот груз, и сбрасывать ли вообще, решать тебе. Я только хочу донести правду.
– Какую правду? – воскликнула Яника. – Я ничего не понимаю!
– Сейчас поймёшь.
Лазарь взглянул на Сенсора. Тот понял всё без слов, схватил со стола целлофановый пакет и одним рывком вскрыл. На полированную поверхность столешницы выпала чёрная прядь.
4
– Инсон – целый мир, выстроенный твоим внутренним «я». Мы называем его главной проекцией, – торопливо вещал Лазарь, укладывая Янику на диван. Сенсор суетился в поисках подушки. – Главная проекция, твоё «идеальное я» – субъект рефлексивный; другими словами, такой, каким ты видишь себя сам. В отличие от яви, в инсоне это может проявляться во всём, что окружает главную проекцию. В людях, животных, зданиях, погоде. Этим пользуются злые Ситхи. Но это помогает нам понять суть Игры.
– Какой Игры? – Яника приподняла голову, чтобы Сенсор мог подсунуть под неё подушку. – А зачем мне лежать?
Лазарь наклонился над ней и выразительно поднял брови:
– Ещё придётся раздеться.
– Раздеться?
– Ну да. Ты что, «Терминатора» не смотрела?
– Не слушай, – вмешался Сенс, – в чужой инсон перемещается не физическое тело, а проекция из инсона. Так что неважно, что на тебе надето. Главное, во что одета проекция.
– Для её проекции не важно, а моя разницу почувствует, – Лазарь устроился на полу возле дивана. – Дай мне руку.
Яника свесила вниз тонкую кисть.
– Ты говорил, проекция и ты сам – разные люди. Как же тогда твоя проекция сможет полюбоваться на голую меня?
