– Много ты понимаешь! – недовольно буркнул Аст. И не шпага это вовсе, а рапира. А французик твой позёр. Ему просто повезло, пробился в финал…
Заявление Катюшки было чистой воды провокацией, местью за то, что походу на соревнования по женской гимнастике друзья предпочли никчёмное тыканье «железными вертелами» – как, помнится, называл фехтование один из персонажей «Капитанской дочки». А ведь могли и уступить девушке – генерал обеспечил «ценных сотрудников» билетами на самые интересные соревнования, и они уже неделю кочевали с одного олимпийского объекта на другой. Олимпиада-80 проходила без идиотских сюрпризов, вроде бойкота, который, если верить «
Жолио девочке действительно нравился – и ослепительной улыбкой, и чисто французским изяществом, которое он демонстрировал на дорожке, и шармом, ощутить который дано лишь женщине.
Олимпиады любят дебютантов. Им они дарят особое расположение, а нередко и лавры. Всякий спортсмен-фехтовальщик понимает, как трудно четыре года копить силы, держать в сохранности психику и сохранять, несмотря на сумасшедшие психологические нагрузки, свежее восприятие боя. И все четыре года засыпать и просыпаться с мыслью, что ты можешь победить, должен, обязан. И однажды – выплеснуть всё накопленное на дорожке, вложив в немыслимо быстрые движения клинка.
Вот, как сейчас.
На огромном табло цифры счёта, составленные из белых кружочков – «4:4». Трибуны неистовствуют, люди повскакивали с мест, не в силах сдержать отчаянное желание помочь Романькову – «Саша, Сашенька, Саня!» Оно и понятно: судьбу олимпийского золота решает сейчас один-единственный удачный укол.
Комментаторы в своих прозрачных будках умолкли. Что тут скажешь, какие слова подберёшь? А соперники не торопятся осторожно прощупывают друг друга, двигаются мелкими шажками, легко соприкасаясь клинками, пытаясь предугадать следующий ход противника.
В подобных случаях, когда нервное напряжение достигает пика, а цена ошибки так велика, часто побеждает тот, кто первым решается на риск. На этот раз им оказался советский фехтовальщик. Его атака – стремительная, невероятная, невозможная – не могла достигнуть цели, ни один человек на его месте не смог бы. И вдруг – зал закричал, завопил, зашелся в реве аплодисментов, и весь этот вулканический рёв перекрыл победный клич самого Романькова – он, вскинув руки, подпрыгнул, сделал в воздухе несколько оборотов, изобразил еще какие-то невообразимые па. Женька и Аст орали, скакали на Трибунах, Катюшка, только что сочувствовавшая симпатичному французу, хлопала в ладоши, из глаз её текли слёзы.
Победа! Наша победа!
– …наша-то она наша, да только теперь вроде как и не моя. Мы ведь с родителями через неделю улетаем. Сначала в Вену, а потом сами знаете…
Стоило выйти на улицу, как праздничное настроение Катюшки, вызванное победой советского спортсмена, мигом улетучилось.
– Да, в Израиль. – кивнул Аст. – Ну и что? Миладка тоже уехала, и ничего. Мы даже встречались недавно.
– Я, если хотите знать, вообще не хотела никуда ехать – имею право, уже взрослая, паспорт получила! И если бы не ваш генерал…
– Дядя Костя – он такой. – подтвердил Женька. – Серёга прав: переживать не о чем, мы и дальше будем работать вместе. Ты ведь не просто так туда едешь, а с заданием.
– То-то и оно… – вздохнула девушка. – Ещё и от родителей скрывать приходится. Противно же!
– Конспирация, иначе никак! – развёл руками Аст. – Но ты не волнуйся, генерал сказал, что израильтяне в курсе. Будешь с ними работать вместо Миладки.
– Да, ей-то хорошо! – в Катюшкином голосе прорезались капризные нотки. – Поедет с вами в Аргентину… снова. А мне – торчи в этом Израиле!
Они шли по аллее в сторону станции метро «Динамо», мимо огромного, высотой в три этажа, щита, с которого прохожим улыбался олимпийский Мишка.
– Так Виктор настаивает. – вздохнул Аст. – Он, видишь ли, вбил себе в голову, что работа с Пирамидой требует тех же способностей, что есть у операторов, вот и вытребовал Миладку. Израильтяне согласились, они тоже в деле…
– А сработает? – Катюшка смотрела на него с недоверием. – Ведь Виктор, как я понимаю, эту Пирамиду в глаза не видел?
– Так и есть. – подтвердил Женька. – И понятия не имеет, как с ней обращаться. Но – отчего бы не попробовать?
– А остальные ему зачем? Кассиопейцы ваши – Казаков, Голубев… Даже Простеву хотели брать, а у неё способностей кот наплакал!
Лена Простева неделю назад сломала руку на тренировке и надолго выбыла из строя.
– Виктор надеется, что их способности рядом с Миладкой смогут развиться. – объяснил Женька. Вон, и у Серёги тоже. И потом – не в Израиль же их посылать? Из нас ты одна еврейка, так что выбор логичный.
