Вот интересно, а в море их тоже будут сопровождать? Скажем, атомная подводная лодка? А что, с генерала станется организовать и такое…
Ладно, судно – так судно. Морские путешествия Женьке понравились, к тому же – будет время на дополнительную подготовку новичков, Голубева и Казакова. Да и французам нужно время чтобы добраться до места, обосноваться, развернуть лагерь. Не далее, как вчера, генерал давал почитать последние сообщения: в данный момент имущество экспедиции только ещё выгружают с бельгийского сухогруза в порту Буэнос-Айреса. Миладка, между прочим, с ними, и эта мысль согрела душу – в прошлый раз Женька старался подчёркнуто держать расстояние со своей первой школьной любовью, но сердце всё равно было не на месте.
Сна – ни в одном глазу. Попросив симпатичную бортпроводницу принести стаканчик «буратино», Женька вытащил свежий номер «Правды», купленный во «Внукове». События в мире происходили весьма любопытные – причём, в том самом регионе, к которому со скоростью восьмисот километров в час приближался сейчас их ИЛ-62.
Не успело пройти и месяца после окончания Олимпиады, как Машеров неожиданно прилетел в Пекин. Где был торжественно встречен у трапа лично Председателем ЦК КПК Хуа Гофэ́ном, и вместе с ним возложил цветы к мавзолею Мао. В произнесенной после этого речи советский Генсек поставил «великого кормчего» в один ряд с Лениным, Сталиным. На последовавших переговорах творились вещи и вовсе удивительные: так, спорный остров Даманский, чуть не ставший одиннадцать лет назад «казусом белли», по инициативе советской стороны безвозмездно передавался Китаю. Было объявлено, что на острове будет возведён грандиозный мемориала «Великому Кормчему», причём в его создании примут участие, как китайские, так и советские архитекторы, инженеры и строители. Личная же, с глазу на глаз, встреча Машерова с председателем Хуа продолжалась без малого десять часов и освещалась в прессе в выражениях столь же расплывчатых, сколь и многозначительных: «наметившееся взаимопонимание», «необходимость пересмотра сложившихся отношений».
Ну-ка, что там ещё? Китай – это, конечно, архиважно, но ведь на нём весь мир клином не сошёлся? Вот, к примеру: «В Польше отдадут под суд провокаторов Петра Малише́вского, Ле́ха Вале́нсу и Анну Валенты́нович, собиравшихся организовать забастовку на Гданьской судоверфи…»
Об этом тоже упоминал «
Да, сдвиги в международной политике намечаются тектонические, такие, что способны окончательно увести колесо истории из прежней безрадостной, в общем, колеи. Хотя, геополитика штука инертная, двадцать лет напряжённости, усилий пропагандистов, военных приготовлений и малых конфликтов по всему миру просто так со счетов не сбросишь.
Любая разрядка напряжённости казалось бы, должна сопровождаться разъяснением нового политического курса собственным гражданам – в прессе, по радио, телевидению, в выступлениях политиков. Правда, это справедливо больше для Европы и Америки с их достаточно серьёзной ролью прессы и общественного мнения. Китай же – страна, закрытая, да и в СССР куда спокойнее относятся к резким переменам курса во внешней политике. Партии, как известно, виднее.
Так стоит ли удивляться, что вся подготовительная работа была проведена втихомолку, с наивысшей степенью секретности – после чего весь остальной мир попросту поставили перед фактом? Разведка, как известно, не дремлет: узнай те же американцы о готовящемся «Великом Развороте» (этот термин уже замелькал в выступлениях китайских «товарищей») они сделали бы всё, чтобы сорвать этот процесс…
Женька откинул кресло, потянулся, устраиваясь поудобнее, погасил лампочку над головой и закрыл глаза. До Владивостока – ещё пять часов лёту, и стоило попробовать заснуть.
Как я досидел в комнате до назначенного срока – не полез на стену, не спятил от осознания собственного бессилия, не пустился бродить по коридорам с палашом наголо, распугивая добропорядочных обитателей «
«Линия Девять» ждал, как и было условлено, на галерее Большого Звёздного Зала. Мы одновременно оттолкнулись он настила и полетели туда, где человеческие фигурки роились не слишком густо. Если и есть в «
