– Не думаю. Ведь она извинилась, сказала, что «наехала» на меня сгоряча, не подумав, – ответила Маргарита.
– Вы думаете, что это было искренне с ее стороны? – спросила я.
– Да, я это почувствовала, – кивнула Белодворчикова. – И потом, знаете, ведь врачей всегда принято обвинять во всех смертных грехах. Я могла в этом убедиться, и не один раз. Так что же? Не делать же всех, с кем я имела дело по работе, виноватыми, правда?
– Да, я согласна с вами, – сказала я.
– Потом я еще раз перебрала в памяти всех своих знакомых и клиенток, – продолжила Белодворчикова.
– И как?
– Нет, никого не могу заподозрить, – покачала головой Маргарита. – И знаете что, Татьяна Александровна? Я… я не теряю надежды, что… в общем, Ариша ведь…
Белодворчикова не договорила, но я поняла, что она хотела сказать. Маргарита надеется увидеть свою дочку живой. Пока не найдено тело, надежда остается.
У меня запиликал сотовый.
– Извините, Маргарита Григорьевна, мне необходимо ответить, – сказала я и отправилась на кухню.
– Тань, это я, Кирьянов.
– Да, Володь. Есть какие-нибудь новости? – спросила я.
– Если ты о том, нашли ли девочку, то нет, не нашли. Мы разместили ее данные в средствах массовой информации. И уже поступили первые отклики, – сказал Кирьянов.
– Что-нибудь стоящее? Или обнадеживающее? – спросила я.
– Увы. Пока нет, Тань. Пока только небылицы вроде того, что маленькую девочку в розовом платьице и повязке для волос с красным цветком видели в сквере на Рахова, где она просила милостыню. Ну, и еще несколько сообщений в таком же духе, – сказал Владимир.
– Понятно. Я сейчас у Белодворчиковой, – сообщила я.
– Как она?
– Держится, но уже на грани. Неизвестно, на сколько у нее еще хватит сил. Да, я поговорила с ней насчет возможной причастности ее знакомых к похищению ребенка, – сказала я.
– Ну и что? Что она сказала? – спросил Кирьянов.
– Маргарита сказала, что даже не представляет, кто из ее знакомых может решиться на такое, – сказала я. – Да, Володь, а что слышно по поводу записки и повязки?
– Пока результатов экспертизы нет, пообещали сделать так быстро, как только возможно, – ответил Кирьянов.
– Ладно, Володь, пока.
Окончив разговор с Кирьяновым, я вернулась в гостиную, но Маргариты там не оказалось.
«Где же она может быть»? – подумала я. Меня охватило какое-то нехорошее предчувствие. Я заглянула в соседнюю комнату: пусто. Тогда я ринулась в совмещенный санузел. Но и там Маргариты не было. Балкон! Только это место еще и оставалось.
Еще из гостиной я увидела, что Белодворчикова высунулась наружу через перила больше, чем наполовину. Так, действовать необходимо очень аккуратно и осторожно. Не дай бог вспугнуть Маргариту неловким движением или громким звуком.
Я почти неслышно подошла к балкону, осторожно вышла на него и встала рядом с Белодворчиковой. Затем я аккуратно, но крепко обняла Маргариту и потянула на себя. Белодворчикова попыталась сопротивляться, но это у нее плохо получалось. А вот у меня получилось благополучно довести ее до дивана в гостиной и уложить.
– Маргарита Григорьевна, ну что же вы делаете? – только и могла спросить я.
Белодворчикова ничего не ответила, отвернувшись к спинке дивана. Ее плечи затряслись.
Я пошла на кухню, налила в чашку воду из кувшина и отнесла в гостиную.
– Я принесла вам воды, – сказала я.
Маргарита не отвечала.
– Ладно, я оставлю ее вам здесь.
Поставив чашку с водой на журнальный столик, который находился рядом с диваном, я присела в кресло. Через некоторое время я увидела, что Белодворчикова лежит спокойно и ровно дышит. Кажется, женщина, измученная за последние дни тревогой и неопределенностью, уснула. Ну или хотя бы задремала.
Но оставлять Маргариту одну было нельзя. Екатерина тоже не могла с ней находиться. Я решила позвонить Владиславу Преснепольскому. В конце концов, они ведь хоть и бывшие, но супруги. И сейчас их сплотила общая беда.
Я вышла на кухню и набрала Владислава.
– Владислав Семенович, здравствуйте, это Татьяна Александровна. Вам необходимо срочно приехать к Маргарите Григорьевне домой, – сказала я.
– Что-то случилось? – спросил Преснепольский.
– Случилось. Маргарита Григорьевна пыталась выброситься с балкона. Я вовремя подоспела. Еще бы немного и… Но я не могу с ней находиться, мне необходимо продолжать поиски вашей дочки. Однако и вашу супругу оставлять одну тоже нельзя. Нельзя сказать, что это была попытка суицида, – заверила я его, уловив в ответном возгласе подступающую панику, – но Маргарита не вполне пришла в себя. Сами понимаете, травма, возможно, сотрясение головного мозга, стресс…
– О господи! – воскликнул Владислав, – ну, конечно же, понимаю. А это точно не… Ну, она не пыталась с собой покончить?
– На мой взгляд, нет. И все же… У вас есть знакомые психиатры? – спросила я.
– У Риты тетка со стороны матери – психотерапевт. Но родители Риты с ней не ладят. По какой причине, я не знаю. Ладно, я что-нибудь придумаю… Татьяна Александровна, я сейчас срочно завершу все дела по работе и приеду, – пообещал Преснепольский.
– Буду вас ждать, – ответила я и отключилась.
