– А как вы хотели, Агата? Я бы на их месте спал в обнимку с рецептом. Или вообще хранил его только в голове, а спал в моанитовом шлеме. Это ж – такие деньги.
– Ага. А тут – такое дело, – и глянула на поникшего мастера. – Господин Нубрс?
– Что, Агата? – откликнулся, оторвав взгляд от янтаря, тот.
– Спасибо вам. Ваша информация, действительно, дорогого стоит.
– Ну, не дороже жизни, – скривился гном.
– Ага… Я вам обещаю, что не использую ее против вас.
– А позвольте узнать теперь и мне: зачем она вам самой то?
– Зачем? – глянула я на него, потом в серое предрассветное окно. – Как самый большой козырь.
– Интересная у вас… «игра», – покачал гном головой.
– Бохос теперь ваш, мастер.
– Благодарю… А можно еще вопрос?
– На дне Охранного озера, – догадливо оскалилась я. – Но, в другой раз туда лучше не нырять.
– О-о, – открыл гном рот. – Да я и… – и, вдруг, выдохнул. – Вы не подумайте, я с законом дружу.
– Ага, – вставая, поправила я на плече сумку.
– И с властью нашей. И Его Величество уважаю. И, не постесняюсь сказать вам, что, это взаимно у нас, – вот, до чего же гномы, все ж, хвастливы. – Да и вы сами, наверняка это заметили, – в такт моим выводам подпел мастер Нубрс.
– В каком месте я должна была «это заметить»?
– Так, на моем крыльце, – подскочил со своего стульчика гном. – Личный секретарь Его Величества, господин Лемех. Вы с ним там встретились.
– Личный секретарь? – уже у двери застыла я.
Мастер Нубрс довольно кивнул:
– Ну, конечно. Срочный заказ. Он и так был очень срочным, а теперь мне и вовсе сутки не спать – попросили еще ускориться.
– Тогда, желаю вам того же.
– Ох, и не говорите. А заказ – очень интересный. Гляньте на него сами.
Пришлось вновь разворачиваться:
– Куда?
– Так вот же, – взмахнул рукой над цветком на столе гном. – Жаль, что вы не увидите его окончательный вид. Подарок, сразу видно. И сразу видно – для дамы. Роза. Прекрасная роза из черного агата… Хи-хи-хи, – пьяненько засмеялся он. – Прямо, как ваше имя. Агат. И глаза.
– Ага-а, – глядя на эту розу, отозвалась я. – Прощайте, – и с силой толкнула руками дверь…
Время. Время. Время! Мне теперь уже стало казаться, что оно с каждой секундой, с каждым прожитым мигом катастрофически сжимается и в итоге превратится в один сплошной, несущийся мимо, поток. И как мне будет попасть в него? И не только попасть, но и выжить. Самой, спасти своего любого. После всего, что уже успела узнать. Еще пока я успела. Еще пока, но, мое время…
– О-о-у-о, – давя в ладошке зевок, развернулась я к сидящему рядом Эрику. – Давай прямо сейчас с тобой все решать. Давай…
– А может, ты поспишь снача-ла? – подвыл он в свою пятерню. – А может…
– Эрик…
– Агата, у тебя сумасшествие на почве перегрева.
– «Перегревы» по части магов огня, – вспомнив о ядовитом атрактине, передернулась я. – Слушай, я все думаю: где они могут варить его?
– Эту стекляшку хобью? – уточнил он, уже введенный в курс дела.
Рыцаря я, в отличие от дяди, «уберечь» не потрудилась – сам в помощники выдвинулся, пускай теперь правду знает. А вот родственнику своему в качестве оной дала версию «простого обывателя».
– Ага, ее самую, – и заерзала на скамье.
Эрик почесал лоб:
– А ты знаешь: я, кажется, догадываюсь.
– И где?! Говори!
– Ти-ше, – зашипел маг. – Нет, тебе точно, спать пора. Еще вчера.
– Э-рик.
– О-ох… Ну, я когда список рудников составлял, то там был «сбоку» один сомнительный адресок. Не «адресок», координаты.
– Ну?
– И под наши новые данные они подходят вполне: контора левая. Оформлена, как гранитная мастерская на дальнего родственника семьи Сирок. Сама она и все производство – в Бадуке, а горнодобыча – на единственном руднике в северных Рудных горах. Я думаю, если исходить из их «родственной логики», то…
– Ника именно там могут держать, – открыв рот, представила я его «соседство» с парами одора. Да и не только это в мою возбужденную голову, вдруг, пришло. – А ты знаешь: они его живого не выпустят… Как и нас с тобой. После всего того, что мы о них узнали. Даже, если предположат, что лишь часть. Все равно…
– Знаю, – глядя на меня, скривился Эрик. – Но, мы ведь с тобой не отступимся?
– Тебе тоже спать пора.
– Почему? – хмыкнул рыцарь.
– Вопросы глупые задаешь.
– А-а, – отвернувшись, закрыл глаза он, подставив лицо ветру. – Тогда… меня зовут Эрислав.
– Что? – выдохнула я.
– Мое полное имя. Я его никому не говорил. Ник знает, потому что, ну, документы мои видел, но звал меня всегда Эриком. И все вокруг. А я – Эрислав.
– Понятно, – внимательно глянула я на него и повторила. – Эрислав… Красиво звучит.
– У тебя красиво получается, – не открывая глаз, усмехнулся он…
Рассвет нового дня неотвратимым огненным маревом уже вставал над широкой тихой Шалбой…
