Примерно через пятнадцать минут я вернулась в комнату. Дженна всё ещё сидела на моей кровати. Теперь она уже была аккуратно заправлена. Я подошла к столу, взяла свою кружку и вернулась к ней. Забравшись с ногами на кровать, я облокотилась спиной о стену и, не глядя на Дженну, наконец заговорила:
— Вчера Хантер поцеловал меня без моего согласия.
— ЧТО?! — её голос прозвучал так, будто она не поверила, что это вообще возможно.
Я сделала глубокий вдох и продолжила:
— А ещё Андерсон запретил мне появляться на тренировках.
— Подожди... — она резко повернулась ко мне, в глазах смешались изумление и возмущение. — Какого хрена?!
— Потому что его попросил Джейкоб, — я смотрела в одну точку, не желая встречаться с ней взглядом. — И потому что, судя по всему, Хантер играл так плохо из-за меня.
— Окей, про Хантера ладно, — Дженна махнула рукой. — Но какого чёрта здесь вообще делает Джейкоб со своими условиями?
Я подняла на неё взгляд.
— Это я хочу выяснить в понедельник. Но самое ужасное... — тут я запнулась, чувствуя, что ком в горле не даёт сказать самого главного.
— Что может быть ужаснее? — тихо спросила Дженна.
— Тот парень, про которого я тебе говорила, — начала я, пытаясь говорить ровно, — тот, который... — я прокашлялась, сделала глоток кофе, но этого хватило, чтобы она всё поняла.
— Это Паркер, да? — сказала она уже почти шёпотом.
Я лишь кивнула.
— О боже, Ники... — прошептала Дженна и прикрыла пальцы губами.
— Я знаю, знаю, — сказала я, закрыв лицо рукой. Мне не хотелось видеть её реакцию.
Но в следующую секунду я почувствовала, как она тихо придвинулась ко мне ближе и обняла.
Остаток дня прошёл в режиме «мне всё равно». Дженна решила остаться со мной, написав Кевину, что сегодня она занята. Я ничего не имела против, а если говорить откровенно — была даже рада. По крайней мере, мне не пришлось оставаться наедине со своими мыслями. Дженна всегда умела быть рядом, когда это действительно нужно, и она была отличным слушателем. Приятно осознавать, что у тебя есть человек, который встанет на твою сторону, независимо от того, что ты ему расскажешь.
Я монотонно пересказала ей всё, что касается Джейкоба.
— Просто не могу поверить, что ты всё это скрыла от меня, — сказала она, когда мы сидели за столом и обедали.
Я ковыряла вилкой спагетти с сыром, не испытывая ни малейшего аппетита.
— И если ты вчера была в шоке от того, что Зои ушла с Паркером, то я в шоке в принципе от самой новости, — продолжила она, сделав широкий жест вилкой прямо у моего лица.
Я отодвинулась чуть дальше, потому что перспектива быть проколотой этим кулинарным оружием не казалась мне привлекательной. Дженна же не унималась:
— Это же Зои! Она ведь всегда была против «большого спорта», — сказала она, выставив в воздухе кавычки.
— Да, — спокойно отозвалась я. — Я тоже не понимаю этого.
— Но ты права, что решила поговорить завтра с Паркером, — сказала она, снова закручивая спагетти на вилку. — Я даже догадываюсь, что ты ему скажешь. Но вот... — она взглянула на меня, — что ты скажешь ей?
— Я не знаю, — медленно проговорила я. И в этот момент вдруг почувствовала, что не могу больше сидеть. Я резко отодвинула стул, он скрипнул, и я встала. Аппетита не было и в помине. — Я не знаю, что мне делать с ней, Дженна. Мы ведь подруги, ты же знаешь... — я замолчала, махнув рукой, не в силах закончить мысль, которая никак не хотела складываться в слова.
Существует негласный кодекс: парень подруги — табу. И, чёрт возьми, может, Зои и не виновата в том, как всё сложилось. Но от этого было не легче.
— Не переживай, завтра ты уже будешь понимать больше, — спокойно сказала Дженна. — Может, у них ничего и не было. Может, он просто подвёз её.
Я посмотрела на неё через плечо и устало произнесла:
— У него нет машины.
— Блядь, — только и выдала Дженна.
На этом разговор закончился, и мы перебрались на кровать. Включили какой-то фильм, про который в последнее время только и говорили, и залипли в экран ноутбука. Изредка комментировали происходящее.
— Как, кстати, твой проект? — спросила я между сценами.
— Лучше, чем твой, — пробормотала она.
Я не смогла удержаться и легонько ударила её кулаком по плечу. Её чёрный юмор был сейчас как раз к месту.
На следующий день я проснулась с ощущением волнения. Внутри всё сжималось, как перед чем-то важным и немного страшным. Мы с Дженной, как обычно, собирались на пары, и я ловила на себе её взгляды.
— Когда ты собираешься с ним поговорить? — спросила она, когда мы направлялись на первую пару.
— Чем раньше, тем лучше, — ответила я. — Думала найти его на обеде.
Дженна одобрительно кивнула.