Но вот Уильямса всё ещё не было. Ни в доме, ни среди ребят. Значит... на улице.
Я уже понимал, где его могу встретить. За домом, где стоят те самые шезлонги. Сколько раз я видел, как он там развлекался с разными девчонками. Там и целуются, и обнимаются, и, в случае с Хантером, делают многое другое.
Я сразу направился туда. И как только свернул за угол, буквально врезался взглядом в сцену, которая в секунду снесла мне голову. Я застыл. Хантер. Ники. Их чёртов поцелуй.
Хантер, сука, со своим языком, залезающим туда, куда ему не место. И Ники, вцепившаяся ему в плечи. И хватило одной грёбаной секунды, чтобы мои кулаки сами собой сжались, а ноги сделали шаг вперёд.
Я готов был подойти и снести ему челюсть.
Но остановился.
Развернулся. И пошёл обратно.
Я был на грани — вот серьёзно. Мне хотелось подойти и снести Уильямсу всё, что торчит выше плеч. Сделать так, чтобы он хотя бы секунду пожалел. Но вместо этого я шёл, стиснув зубы, глядя в темноту, и пытался переварить две вещи.
Первая — Хантер не врал. Между ними действительно что-то есть. Может, это случилось недавно, может, это длится уже какое-то время. Но факт оставался фактом: у них всё хорошо, и я это видел своими глазами. Значит, я просчитался. Значит, я тот, кто остался с пустыми руками. Кто оказался тем, кого не выбрали. Иронично, да? Ровно два с половиной года назад всё было наоборот.
Вторая — всё, хватит. С этим чёртовым треугольником пора заканчивать. Я и так на сегодняшней игре потерял контроль. А сейчас был готов вцепиться в своего напарника по команде только потому, что не справился с эмоциями. Я потряс головой, пытаясь прогнать нарастающее давление. В ушах гудело, в висках стучало, и весь негатив, который я так тщательно держал под замком, наконец вырвался наружу. Я чувствовал, как внутри лопается последняя нитка сдержанности. Чека почти сорвана. И если сейчас не сделать шаг назад — всё, пиздец.
Я зашёл в дом и сразу направился к Джейдену. Я сделал кивок, дал понять, что мне нужно с ним поговорить. Когда он подошёл и встал напротив, я сказал:
— Ники не должна больше появляться на тренировках. И вообще быть рядом с командой.
Андерсон молча кивнул.
— Это я и хотел тебе сегодня сказать, — спокойно ответил он.
Я отвёл взгляд в сторону. Знал, что сейчас веду себя как ребёнок, как тот, кто срывается и творит херню на фоне обиды. Но я не мог остановиться. Не хотел. Я не просто хотел, чтобы она исчезла. Я хотел, чтобы у Хантера не было ни одного шанса пересечься с ней. Даже мимоходом. Даже на грёбаной тренировке.
— Что-то ещё? — спросил Джейден.
— Да. Я ухожу. Для меня вечеринка закончилась.
Я повернулся, бросив взгляд в сторону нашей компании. Поймал взгляд. Внутри всё кипело. Я посмотрел ей прямо в глаза — той, которая, кажется, была не прочь уйти со мной. Медленно улыбнулся и произнёс:
— Я пошёл. Дай мне ключи.
Джейден проследил за моим взглядом, увидел, на кого я смотрел, а затем молча развернулся и вложил в мою ладонь ключи от своей машины.
Свисток.
— Все, парни, тренировка окончена, — раздался голос Миллера. Он стоял прямо у кромки поля, руки скрещены на груди.
Мы почти одновременно выдохнули. И я почувствовал, как мышцы наконец отпустило. Кто-то из ребят тут же снял перчатки, кто-то упал на колени, а я остался стоять, глядя в одну точку, давая телу возможность замереть — пусть и на пару секунд. Все медленно сходили с позиций, направляясь к тренеру, но никто не торопился, поэтому мы просто сняли шлемы, потянули плечами и собрались полукругом, слушая.
— Хочу, чтобы вы запомнили одну вещь, — начал Миллер, глядя на нас с прищуром. — Вот так, как вы играли сегодня, вы должны будете играть завтра. Один в один. “Колорадо Джетс” — это не шутки. Уверен, у них припасена не одна неожиданность. Поэтому завтра, на поле, вы должны выдать всё, что у вас есть. Поняли?
— Да, тренер! — громко крикнули мы почти в унисон.
— Отлично, — коротко кивнул он. — Свободны. Постарайтесь вечером не сильно загулять.
Раздались смешки, Алекс хлопнул по плечу соседа. «Загулять» — это, конечно, сильно сказано. После первой игры, которая нас здорово потрепала, никто и не помышлял особо веселиться. Мы все ждали завтрашний матч, чтобы отыграться. Чтобы доказать и себе, и тем, кто в нас уже начал сомневаться, что мы умеем держать удар.
Я направился в раздевалку вместе со всеми. Сегодня в планах было простое — посмотреть записи, спокойно поужинать, созвониться с родителями. Я хотел верить, что нахожусь в фокусе, что ничто не собьёт меня с намеченного пути. Впрочем, всю эту неделю я намеренно выстраивал маршрут так, чтобы не пересекаться с Ники. Избегал мест, где мог случайно встретить её. Даже с Итаном и Лилиан стал меньше общаться — не было желания выслушивать от Лилиан, как «мило смотрятся Хантер и Ника», и уж точно не нуждался в подробностях.