Что касается Америки... Конечно, и безусловно, моё бурное воображение и впечатлительность сыграли со мной злую шутку. Когда стали популярны американские сериалы и фильмы про университетскую жизнь, мне казалось, что вот там действительно круто! Новые школы, у каждого свой шкафчик, интересные преподаватели — а не те, которые просто читают вслух книжку.
Поэтому своим родителям я сказала, куда я хочу и что я хочу. О-о, это был шок в шоке квадратном. Папа вздыхал и говорил, что это дорого, мама почти плакала и повторяла за папой, что это дорого... Но я, как баран, упёрлась. Мой дедушка махнул рукой и сказал:
— Шило у тебя, Вероника, в одном месте! И не имётся тебе?
Я лишь поцеловала его залысину и сказала, что я так хочу.
Когда моя подруга Анька и друг Олег услышали новость, они смеялись минут десять. Олег, к слову, ржал до слёз.
Но началась подготовка. Я усиленно учила язык, с помощью программ и приложений общалась с американцами и тренировалась. Гуглила все возможные способы поступления, изучала предложения.
Родители были правы — это дорого. Очень дорого.
Одно только годовое обучение стоило больше 45 тысяч долларов, и спасибо, что хотя бы с проживанием. Но были программы — и именно с этого я начала.
В последнем классе я участвовала в международных конкурсах, работала над баллами, и когда пришла пора высылать документы и эссе с моим большим послужным списком — я тряслась.
В тот день, в тот момент, когда пришли результаты, я сидела возле компьютера с родителями, с дедушкой (к слову, он торжественно в тот день передал мне сбережения, которые, по его словам, он копил на мою свадьбу), с Аней, Олегом и…
Не поступила.
Немного поплакала. Но был один плюс, который я сказала родителям — за этот год мы сможем отложить чуть больше. Я устроилась на работу, продолжала учиться, собирала новый пакет документов. Это был мой шанс, и я не могла упустить его снова.
Наступил второй год. Новый набор заявок. Новое эссе.
И… фиаско.
Опять нет.
Я помню, как сидела на кухне, тупо глядя в экран, пока мама гладила меня по спине, а папа молчал, не зная, что сказать. Мой энтузиазм был на нуле, но мой мудрый дедушка потрепал меня по голове и сказал:
— Алексеевы без боя не сдаются!
Он прав! Не сдаются!
И на третий год, когда половина моих одноклассников уже думали о дипломной работе — я поступила!
Мой восторг, восторг родителей и друзей. Я плохо помню те минуты…
По-моему, я целовала дедушку и повторяла, как заведённая:
— Алексеевы ещё покажут себя в этой Америке!
Больше половины моего обучения оплачивал грант, который я получила при поступлении.
Вторым шагом было сразу же найти здесь работу. И, слава богу, таким "нищим" студентам предоставлялась возможность — это социальная работа в библиотеках, помощь профессорам, работа в газете.
И первый курс я честно проработала в библиотеке, которая прекрасно закрывала мои потребности в питании, проживании в общежитии, а также накопление на следующий курс.
Я зашла в кабинет, который был отведён для университетской газеты, и тут же заметила, как Том и Хизер сидят рядом, явно чем-то увлечённо споря. Они были настолько близко друг к другу, что, казалось, если я подойду ещё на пару шагов — то попаду в зону повышенного напряжения.
— Салют всем! — махнула я рукой, подходя к ним.
Ребята тут же дёрнулись, как два ученика, застуканные на месте преступления, и едва ли не синхронно отодвинулись друг от друга. Что-то мне подсказывает, что через пару месяцев у нас появится новая парочка. Я давно предполагала, что их постоянные споры и препирательства — это просто завуалированная прелюдия к чему-то большему, но сделала вид, что ничего не заметила.
— Привет, Ники! Как статья? Надеюсь, она готова? — спросил меня Том, который, помимо того, что был нашим негласным боссом, также исполнял роль редактора. Он уже третий год в университете, а потому у него больше опыта, чем у нас, младшекурсников.
— Представь себе — да! И даже очень неплохо написала о преимуществах, — с гордостью ответила я.
Хизер, секунду пристально смотревшая на меня, перевела взгляд на Тома и вдруг сказала:
— Это хорошо, Ники, потому что эту тему дали тебе последней из всех нас.
— Что?.. — я непонимающе посмотрела на Тома и, кажется, уже начинала догадываться, что услышу дальше.
Том тяжело вздохнул, бросил косой взгляд на Хизер, затем сложил руки на груди, откинулся на спинку стула и с лёгкой неохотой произнёс:
— Прости, Ники, но это так. Мы пытались предложить её другим, но… если честно, тема оказалась такой туфтой, что я очень надеюсь: ты сейчас покажешь мне хоть что-то стоящее.
Что ж, ожидаемо. Какая тема — такие и результаты. Я достала из сумки ноутбук, открыла нужный документ и протянула его Тому. Он, не теряя ни секунды, сразу же принялся читать, а я наблюдала, как его глаза быстро пробегают по строкам. Затем, перевела взгляд на Хизер, облокотилась на стол и заговорила:
— Сегодня Тёрнер раздавал нам темы для проекта.
— Ничего нового. И какая тебе досталась? — спросила Хизер.