Потерев лоб, кое-как села и… сразу отпрянула в сторону. За мной внимательно и задумчиво наблюдал Тарэзэс, расположившийся на дальнем краю скамейки и машинально крутивший в руках трость-костыль.
Для воленстирца мерзавец был излишне бледен. Широченную грудь и бугристые мышцы обтягивали бинты.
– Рассчитывала, что меня убьют, да? – Он болезненно скривился. – Не расстраивайся, я уже и так дважды чуть не сдох из-за тебя. Столь дурная тенденция не вселяет надежд, и времени у нас осталось немного…
Времени? Какого времени, грань? До моего клеймения?
– День, когда ты сдохнешь, станет счастливейшим в моей жизни, – прошептала я, щурясь от мельтешащего в воздухе розового песка.
Вчерашняя поездка… она мне не приснилась?
Тарэзэс даже бровью не повел, лишь тихо фыркнул:
– Совсем наоборот, Фло. Совсем наоборот… – И поманил пальцем смущенно топтавшихся у ворот охранников. – Раз выспалась, работай.
О… не-э-эт! Не могу! Не хочу в цех…
– Иди-иди, – наслаждался видом моего перекошенного страданиями лица ублюдок. – Алмазы не ждут, и бригадир хвалил тебя – говорил, для первых дней ты прекрасно адаптируешься и еще дашь фору многим воленстиркам.
Ненавижу этот его издевательски-успокаивающий тон! Я шумно засопела, но стражники уже схватили меня и потащили мимо фонтана.
– Эй, насчет алмазов… – облизнув сухие губы, на ходу оглянулась я. – И бриллиантов! Что-то их огранка показалась мне знакомой… Видела я уже такую кое-где! У одного известного деструктора из Берга! А потом в одном чемоданчике, который этот деструктор пронес в первый день нового года в институт.
– Остановитесь! – тут же рявкнул Тарэзэс.
Опираясь на трость, он через силу поднялся и неторопливо поковылял ко мне, не отводя взгляда, светившегося выразительной угрозой.
– Ты… на что-то намекаешь?
Ладони вспотели, но я продолжала смотреть с вызовом и ухмыляться.
Да, намекаю! Это был ты! Ты спонсировал Максимилиана Марэ!
Мы с волосатым уродом поняли друг друга без слов.
– Ладно, Фло… – устало протянул воленстирец, привычным движением откидывая блестящую гриву за плечи. Я сжалась, ожидая оплеухи, но он просто кивнул стражникам. – Оставьте ее сегодня здесь, раз она так хочет.
А затем развернулся и, словно столетний, вымотанный жизнью старец, похромал к дверям виллы. Меня немедленно отпустили, и я в растерянности застыла посреди внутреннего двора.
Что? Что это значит? Я… сегодня не работаю? Хм, подозрительно как-то…
Растерянно хлопая глазами, поглядела направо-налево. Охрана, усиленная легионерами как ночью, так и днем, патрулировала периметр забора. Наконец-то я хотя бы нормально понаблюдаю за ними и выясню, где находится главный электрический выключатель! И отдохну! Потому что времени на раскачку больше нет, пора бежать из кластера!
Усевшись на лавку, я приступила к изучению маршрутов патрулирования стражников. Ко мне они не приближались, но легионеры-маги постоянно держали меня в поле зрения. Плохо. Но еще хуже, что за неполный час никто так и не пожаловал в кластер через врата, и выявить расположение заветного рычага или кнопки не удалось.
Вскоре солнце поднялось повыше. И еще выше. И залипло в зените.
Ну и пекло! То самое, куда принято посылать воленстирцев. Вот тут-то я и начала осознавать, в чем именно заключалась месть Тарэзэса за мою дерзость.
Даже в цеху было не так жарко! Воздух дрожал, обжигал макушку и кожу на руках. Буксующий с утра разум поплыл окончательно, прийти в чувства не помогло и умывание в фонтане – вода оказалась парной. Бросив бессмысленную слежку за легионерами и едва переставляя ноги, я отправилась искать себе навес или хотя бы тень.
Словно во сне, добрела до куцего садика, где меня сразу облаяли зубастые псы. Похоже, им тоже не нравился местный климат и состав атмосферы. Все ясно. Эти три пальмы и два куста посадили тут специально, чтобы злобные слюнявые собачки не поджарились в клетках. Пришлось вернуться к лавке и… залечь под ней.
Периодически сплевывая вязкую слюну с привкусом гари, я варилась в болезненной полудреме и отстраненно наблюдала, как раскаленной поземкой мел по двору песок. Какой побег? Я и думать о нем забыла. Какой рычаг? Быстрее бы вечер, прохлада… Глаза слезились от яркого света и бликов, отбрасываемых булыжниками мостовой.
Булыжники эти тщательно натирала азаари в накидке с глубоким капюшоном. Стройная девочка двигалась по дуге – туда-сюда, туда-сюда, словно танцующий мираж в трепещущем мареве.
И вскоре она уже намывала мою лавку.
Очнувшись от духоты, я посмотрела ей в лицо и… узнала.
Карла?!
Что… ты тут делаешь, идиотка?!
Зачем?!
Но прежде чем я успела рот раскрыть и ахнуть, она прижала палец к губам.
– Спрячь. Скорее! – В перчатке что-то сверкнуло.
Жук! Мой Жук!
Испуг прошиб меня, ведь со своего поста у ворот уже снялся легионер и бодрым шагом направился к нам. Я сжала артефакт в кулаке. Куда прятать?!
– Митра доработала его, – зашептала Карла, исступленно натирая сиденье. – Сказала – управляй зрением!
Так! Куда?! Куда прятать, грань? Карманов нет. Ничего нет.
