— Ну, — хмыкнул Беррен, — вполне заслуженное. Это неупокоенные души, которые давно потеряли свой истинный, человеческий облик. От сознания там тоже мало что осталось. По большому счёту — это пустые оболочки, которыми движет лишь одно чувство — вечный, неутолимый голод. И питаются они, как ты понял, — капитан кивнул на бесчувственного бандита, — Сильными эмоциями, попутно высасывая из человека и все жизненные силы. Но, не только человек может дать им энергию, необходимую для поддержания тела. Бывает так, что душа, испытывавшая при смерти очень сильные эмоции, перерождается в призрака. Она и после смерти продолжает излучать эти эмоции, собирая вокруг себя целый рой таких прилипал. Они же, в свою очередь, всеми силами защищают её от охотников, или других смельчаков, решивших избавиться от мстительного духа. В итоге… У них получается что-то вроде прочной симбиотической связи.
— Выходит, баронесса переродилась как раз в такого мстительного духа?
— Вроде того, — кивнул капитан, — И виноват в этом наш общий знакомый, — он снова посмотрел на бесчувственного бандита, а у меня перед глазами внезапно всплыло ещё одно сообщение:
До следующего уровня персонажа осталось 230 опыта.
Нет, дело определённо окупилось. Пускай и было очень рискованным. Такие навыки лишними не будут. Хотя-бы для того, чтобы в нужный момент избежать встречи с этими самыми монстрами.
Из камина вылез Вернон. Не говоря ни слова, он отряхнулся, подошёл к бандиту и достал из сумки стеклянный пузырёк с мутной жидкостью. Стоило его откупорить, как по комнате тут же разлетелся резкий запах нашатыря. Что ж, похоже не такие уж они и отсталые. Кое-что в медицине соображают.
Бандит пришёл в себя не сразу. Сначала долго ворочался и мычал что-то нечленораздельное, но, спустя долгих пять минут всё-таки открыл глаза. И испуганно уставился на нас.
— Всё уже кончилось, — поспешил успокоить его Беррен, — Слава богам, благополучно. Тебе повезло. Ещё неделя-другая и тварь тебя совсем бы со свету сжила.
— Сколько, — прохрипел бандит, пытаясь подняться, — Сколько я вам должен.
— В деньгах, — равнодушно пожал плечами капитан, — Нисколько. Ты расплатишься с нами информацией. Для начала — правдивой историей о том, почему призрак баронессы хотел тебя убить. А там посмотрим.
— Но я ведь… — бандит снова затрясся от страха, — Меня ведь убьют. Виктор, он…
— Мне плевать, — перебил его капитан, — Ты сейчас всё равно под отваром, развязывающим язык. Так что не сможешь соврать. А если попытаешься убежать… — он кивнул сначала на меня, затем на Вернона. Мы поняли капитана без лишних слов и оба вновь обнажили оружие. Я ещё хищно оскалился и подмигнул бледному от страха бандиту. Так, для пущей убедительности.
— Итак, — капитан хлопнул себя по коленке, — Приступим. Ты и правда убил баронессу?
— Да.
— И как же так вышло?
— Ну… — бандит замялся, словно бы сопротивляясь действию отвара, но потом через силу продолжил рассказывать, — До того, как началась война я служил в Бренфальской гвардии. Но потом младший сын Де-Арне меня понизил в должности до стражника в Приречье. За пьянку, и игру в кости. Какое-то время я служил там, но потом до нас докатились вести, что старый барон мёртв. Принёс их Виктор — его бастард. Старый барон собирался признать его законным сыном после войны. Хотел, чтобы он прежде проявил в бою доблесть, достойную их рода. Но, судьба распорядилась так, что Де-Арне погиб в одном из боёв, так и не успев исполнить задуманного. А Виктор, вместе с остатками своего отряда, вернулся тогда с войны и застал владение в упадке. Младший сын спустил всю казну на наёмников, а потом просто отправил их грабить окрестные деревни. Бастард увидел в этом неплохую возможность взять титул и наследные земли себе, — бандит снова замялся, пытаясь сопротивляться действию отвара. Вышло откровенно говоря — не очень, — Он примкнул к наёмникам и поднял среди них восстание. Под его предводительством они сожгли Приречье и осадили Бренфаль. У них не хватало сил для полноценного штурма — крепость была защищена на совесть. Но я показал наёмникам тайный проход внутрь, о котором знали только гвардейцы баронессы.
— Понятно, — хмыкнул капитан, — Интересно, ты так шкуру свою спасал или просто мстил?
