– Эдди, здравствуйте! Я так виновата. Не буду врать, я все перепутала. Я знаю, Дайан очень хотела с вами встретиться.
Я почти слышу, как он качает головой.
– Что ж, теперь она не даст мне второй шанс!
Я прикусываю губу. Я не должна ничего обещать. Если я дам слово, что Дайан с ним встретится, а этого не случится, он никогда больше не поверит ни мне, ни «Блаженству». Нужно внушить ему веру в то, что все это безумие еще может – вопреки шансам – сработать в его пользу.
– Я бы не торопилась с выводами. Может, и так. Если она не захочет, я найду вам кого-то еще. Кого-то более понимающего и готового прощать. Вы заслуживаете кого-то потрясающего.
Эдди выдыхает с присвистом:
– Знаете, не обязательно мне врать.
– Но это правда! – возражаю я.
Но он уже повесил трубку.
Два дня спустя я бегу по Первой авеню и легкие у меня горят. Я огибаю няню, катящую двойную прогулочную коляску, и едва не роняю вазон с цветами у закусочной, сворачивая за угол. Я не создана для скорости. Я влетаю в особняк, на пять минут опаздывая на еженедельное совещание матчмейкеров. По тому, как Пенелопа выгибает густую бровь, я понимаю, что это неприемлемо. И это тоже.
– Спасибо, что присоединилась к нам, Саша, – говорит она, сидя во главе стола.
Дайте передохнуть. Я опоздала, потому что в «Данкин Донатс» не приняли мою кредитку. Потому как, видите ли, компания мне почти не платит. Устраивать свидания за 120 долларов штука – это казалось надежным способом платить по счетам, питаться и даже начать понемножку выплачивать студенческую ссуду. А вместо этого я живу на кофе со льдом, бейглах, пицце и дешевом вине. Мне не заплатили за встречу Эдди и Дайан, потому что она так и не состоялась. Я могу уйти из «Блаженства» и, возможно, зарабатывать больше в магазине или в ресторане. Но на эти места в Нью-Йорке удивительно много желающих, и, как бы то ни было, я пока не готова расстаться с карьерой матчмейкера. Я хочу все сделать правильно не только ради собственного эго, но и ради Минди и Эдди.
Я плюхаюсь на свободное место у двери. Одна из матчмейкеров, Джейн, сходит с ума, потому что у ее клиентки, Наоми, свидание через пять часов, а ее пара только что все отменила.
– Мне нужно найти миниатюрную лесбиянку-буддистку в Бруклине, лет тридцати пяти. Она должна любить собак и быть свободна сегодня вечером. Есть идеи?
Фигассе.
Я не могу сосредоточиться. Прошло два дня со свадьбы и шесть с момента разрыва, и я никакая. В зависимости от того, когда меня поймать, я то злюсь на Джонатана, то меня прет от собственной независимости, то убивает перспектива остаться одной, то я в такой депрессии, что вообще ничего не чувствую. В «Дневниках вампира», на которые Кэролайн меня подсадила, хотя я поначалу и брыкалась, вампиры могут отключать эмоции, когда жизнь их совсем не балует. (Вернее, смерть не балует. Вы понимаете, да?) И вот эти сверхъестественные существа с превосходящей человеческую костной структурой просто отключают что-то в головах и ходят как истуканы, ничего не чувствуя. Я им завидую.
В комнате становится тихо. Я вдруг понимаю, что все смотрят на меня.
– Саша? Мы спрашивали, как у тебя дела, – мягко произносит Джорджи, как будто у меня рак или что-то такое.
– Все хорошо, спасибо, – отвечаю я, выдавливая радостную улыбку. – Все хорошо. Просто прекрасно.
– Не хочешь рассказать о своей работе? – спрашивает Пенелопа.
– Ну, у Эдди в эти выходные было свидание.
Погодите. Черт. В итоге не было.
– То есть я хочу сказать, что оно было запланировано. Но он, эээ, попросил перенести.
– Я не видела сообщения об этом, – говорит Пенелопа.
– Ну, там все решилось в последнюю минуту. Поэтому и…
– Надо заранее вносить в систему все изменения, – напоминает она. Мы об этом говорили во время обучения. – Когда у него новая встреча?
Я барабаню пальцами по столу и смотрю в потолок, словно пытаюсь вспомнить.
– Знаете, мы назначили дату, но я не могу вспомнить детали… Эдди очень занят. И Дайан не ответила, когда я пыталась позвонить.
Если честно, я не говорила с Эдди с того звонка в субботу вечером. Я должна связываться с каждым клиентом трижды в неделю, узнавать, как дела, но мне всегда казалось, что это слишком часто. С тех пор как рухнула моя личная жизнь, говорить с кем-то – особенно с клиентами – стало совершенно невозможно.
– Хорошо, – говорит Пенелопа, хотя по ее тону ясно, что все совсем не хорошо. – Проследи, чтобы на этот раз все оказалось в базе. Есть еще новости?
– Эмм, да. Я нашла возможную пару для Минди на… на свадьбе у друзей. Он британец.
Это вызывает дружные аплодисменты и одобрительные выкрики. Я объясняю, кто такой Гордон. Пенелопа, похоже, довольна и просит меня поскорее устроить им с Минди встречу.
– А меня с ним нельзя свести? – спрашивает Джорджи. – Я люблю британцев. Такие шикарные.
– Джорджи, ты знаешь правила. Никаких свиданий с клиентами, – нараспев произносит Пенелопа.
