Я нарочно прихожу на десять минут раньше, чтобы она с порога не начала меня ненавидеть. Она уже там, конечно; сидит, прямая, как палка, на барном табурете у входа. На ней идеально белые брюки, я такие не носила с тех пор, как в школе меня затравили, пролив на них томатный соус. На безымянном пальце красуется тяжелый перстень с рубином, словно она так и хочет, чтобы ее спросили, не обручальное ли это кольцо.
– Как мило, что вы приехали в мой район! – говорит она, твердо пожимая мне руку.
Будто у меня был выбор. Она каждый слог выговаривает мягко, идеально и точно. Мне кажется, она никогда в жизни не мямлила.
– Вы ведь, наверное, живете на Манхэттене? Девушки любят селиться там, когда только переезжают в Нью-Йорк.
– Я здесь вообще-то уже четыре года, – начинаю объяснять я.
Ненавижу ее за то, что она считает меня какой-то деточкой с трастовым фондом, которая только прибыла в город и каждую субботу опрокидывает «Космополитен» в каком-то запредельно дорогом баре. Гретхен открывает скрипучую стеклянную дверь в патио под открытым небом. Официант в мятой рубашке кладет на стол две барные карты, напечатанные старинным шрифтом. Здесь нет достаточно старых вин, чтобы оправдать такой дизайн, но мы в джентрифицированном Бруклине, поэтому Гретхен заказывает бокал розе с юга Франции, и я прошу то же самое.
– Я так понимаю, вы целый день расспрашиваете людей об их жизни. Поэтому, прежде чем мы перейдем ко мне, я хочу услышать что-нибудь о вас, – щебечет она. – Вы матчмейкер – это, должно быть, так увлекательно.
Я вяло улыбаюсь. Я бы столько могла рассказать: что всего месяц назад занялась этой работой; что мои единственные отношения закончились полным крахом в проходе возле деликатесных орешков в «Дине и Де Луке», после того как парень изменил мне со знаменитостью из Инстаграма; что мне всего двадцать два и я понятия не имею, как ходить на свидания сорокалетним; что я вообще-то ни разу не видела вблизи счастливые, устойчивые, моногамные отношения. С чего начать?
– Ох, понимаете… Ну… Меня всегда завораживало, как люди встречаются, поэтому я тут и оказалась. Это лучшая работа на свете. – Подобные слова столько раз слетали с моих губ, что стали частью идеального сценария. Я даже не знаю, правда ли это.
Она расспрашивает дальше. Откуда я? Где училась? Есть ли у меня планы на лето? Официант приносит напитки, и я тяну время между ответами, потягивая вино.
– Я не такая уж интересная, – говорю я, имея в виду вот что: мои ответы вас не впечатлят. – Но давайте поговорим о вас!
Глаза Гретхен вспыхивают. Она вытаскивает из сумки хрустящую папку из бурого картона, вынимает оттуда два пакета и отдает один мне.
– Я проделала кое-какую подготовительную работу для уверенности, что мы не забудем охватить ни одну тему во время разговора, – объясняет она.
В пакете самый педантично составленный документ, какой я видела в жизни. «Руководство по Поискам Идеальной Пары для Гретхен Фелпс» занимает восемь страниц. На размеченной маркером первой странице перечислены главные пункты, они не обсуждаются: мужчины в возрасте от 35 до 50, с хорошим здоровьем, зарегистрированные члены демократической партии, живущие где угодно по пути следования «Capitol coridor» («Я готова путешествовать!» – выпевает она). Отдельно подчеркнуты заголовки разделов со второстепенными качествами, и каждый раздел строже предыдущего: один касается внешности, включая возможное сходство со знаменитостями; другой – личностных характеристик; третий – предпочтений в образе жизни и так далее. Сноска внизу второго листа поясняет, что набранное более крупным шрифтом важнее, чем то, что написано мелким.
Документ усеян восклицательными знаками. «Избегать тех, кто тащит за собой эмоциональный багаж прошлого, идеальным партнером для меня был бы человек, познавший благо терапии!» – указывает Гретхен на третьей странице. «Мой партнер должен быть крайне успешен (250 тысяч в год, хотя больше, конечно, было бы прекрасно), но увлечен не финансовыми целями или достижениями в своей области. Мотивация скорее должна быть внутренней!» – поясняет она на странице четвертой. Подзаголовок на пятой странице представляет «Общественно значимые и благотворительные проекты, поддержка которых меня порадует!».
Гретхен включила приложение (см. раздел А) со списком из тридцати восьми хобби, которыми можно заниматься вместе, включая безглютеновую кулинарию, медитацию, йогу и коллекционирование старинных монет. Раздел Б состоит из профилей троих бывших, включая фотографии и скриншоты их страниц в соцсетях. Последним, как она отметила, был «ветеран с наградами, который служил при трех (3) президентских администрациях и все равно находит время на создание деревянной мебели в качестве творческого отдыха». Венчает подборку раздел В с биографией длиной в страницу, от третьего лица. Добравшись до последней страницы, я напоминаю себе, что надо закрыть рот, который распахнулся от ужаса. Гретхен щелкает ручкой.
– Вам есть чем писать? Возможно, вы захотите сделать заметки, когда мы будем с этим работать.
